Читаем Безвременье полностью

— Да! — ликующе воскликнул Трент, когда Ку’Сокса отбросило назад, и отвратительный черно-золотой туман накрыл его, заставив выгнуться дугой. Но я не была полностью уверена, что проклятье продержится долго, поэтому потянула из линии так сильно, что у меня разболелась голова, а у Биза приземлившегося на небольшую скалу, волоски по всему телу стали дыбом.

— Еще раз! — крикнул Трент. Его лицо нахмурилось, и мы снова ударили.

Ку’Сокс успел избавиться от туманной дымки и отскочил в сторону. Наше смешанное проклятье ударило в землю и взорвалось, разлетевшись во все стороны.

Пригнувшись, я прыгнула за огромный камень, а наше проклятье свистело в воздухе подобно шрапнели. В моем разуме вспыхнул огонь и я, перепугавшись, подскочила на ноги. Трент пытался укрыться за кругом, но раз проклятье имело в себе смесь наших аур, его осколки пролетели прямо сквозь него.

Эльф упал. Халат испачкался о землю, а песчаный ветер теребил его челку над закрытыми глазами. Но он дышал.

— Рэйчел! Там! — крикнул Биз, указывая мне за спину, и я резко обернулась, и невольно задержала дыхание, увидев Ку’Сокса, прислонившегося к валуну размером с машину. Демон улыбался. Он пострадал, но выжил.

— Ты сама усложняешь себе предстоящий восход, любимая, — сказал он, и я побежала к Тренту. Я чувствовала, что Биз летит надо мной.

Я затормозила, глубже пробираясь в разум Трента в поисках анти-проклятья, прежде чем не стало слишком поздно. Трент очнулся, фыркнул и полностью пришел в сознание, после того как я, благодаря кольцам, смогла отвесить ему ментальную оплеуху.

— Да, перестарался я с проклятьем, — пробормотал Трент. Я снова помогла ему подняться и оттащила в наш, все еще стоящий круг.

— Вы не сможете убить меня. Значит, я уже победил.

Слова Ку’Сокса, пролетев над мертвой землей, заставили меня задрожать. Кратер, созданный нашими с Трентом проклятьями, светился, и резкие косые лучи осветили улыбку Ку’Сокса и придали жесткости его лицу.

— Ты не сможешь убить меня, даже с помощью твоего эльфийского раба, — сказал демон, и камень выкатился из-под его ботинка, когда он поднялся. — Коллектив тебе тоже не поможет. Так что, будь уверена, тебе конец.

Биз приземлился на Трента, и линии отразились в моем сознании.

— Я могу перенести тебя отсюда, — сказал паренек, но мы оба отрицательно затрясли головой. Все закончится здесь и сейчас.

— Дали-и-и! — закричал Ку’Сокс, уставившись на восходящую луну. — Тритон! Покажитесь, трусы! — Опустив голову, он уставился на меня диким взглядом из-под поднятой трясущейся руки. Видимо, проклятье не прошло для него бесследно. — Выходите, я жажду с вами поговорить…

— Поднимайся, — сказала я, ткнув Трента в бок, и он подскочил. — И сделай что-нибудь с волосами, ты выглядишь ужасно.

— Кто бы говорил, — ответил Трент, но провел руками по волосам, приводя их в порядок. Мне в глаза бросилось отсутствие пальцев.

Мы оба напряглись, когда энергия в линии сместилась. В том направлении, где через каких-то пару часов взойдет солнце, появился полный демон, сидящий на корточках. Лицо его было усталым и изможденным.

— Все кончено? — спросил Дали, посмотрев на Ку’Сокса и заметив его потрепанный вид. — Почини чертовы линии, пока не исчезло все Безвременье и мы все… — он замолчал и принюхался, будто мог учуять меня. Хотя может, он почуял Трента, ведь его запах вина и корицы почти перекрывал вонь жженого янтаря. — Она все еще жива? — воскликнул демон, обернувшись, и удивленно уставившись на нас. — Ты жива!

— Да, я жива, — ответила я, с трудом дыша. Пока еще жива.

— Пока еще жива, — пробормотал Ку’Сокс, будто прочитав мои мысли, и нахмурился, когда возле Дали из туманной дымки линии появилась Тритон, одетая в почти идентичный моему костюм. Ал выпал на землю возле ее ног, и мое сердце радостно забилось, но потом я заметила цепи на его запястьях и по-рабски сгорбленную спину.

— Конечно, она жива, — сказала Тритон, и голова Ала дернулась вверх. Он посмотрел на меня пылающим взглядом и заставил себя подняться. — Она же чудо-ребенок Ала, — весело закончила демоница и треснула Ала. Он засиял, хотя похвала была с подтекстом.

— Ал… — радостно проговорила я, и Трент уставился на меня удивленно. В его разуме ненависть к демонам запылала с новой силой. Сказывалось и отсутствие пальцев на его руке и страх снова оказаться беспомощным. Я же добавила к этому воспоминание о неуклюжих и неожиданных проявлениях доброты со стороны Ала, и жалость к нему, ведь он потерял жену, жизнь, любовь, и его заставили жить в норе. Хрупкое и уязвимое понимание появилось в нашем сознании вместе с невысказанным уважением.

— Ал? — удивленно переспросил Трент, и я отвела взгляд, потому что мне было не по себе от того, что я разделила с ним эти воспоминания.

— Я, я… — запинаясь начала я, и замолчала, неспособная подобрать правильные слова. Ал был одновременно жесток, мстителен, раздражителен, изящен и могуществен. Он делился со мной силой и мудростью, причем не только касательно магии, но и обо мне самой. Он многим напоминал Трента, но был намного жестче и решительнее.