Читаем Безвременье полностью

Ты говоришь: стихи – недуг.Сладкоречивые извивывсё той же хитрости и лжи.А если вычеркнуть из нихугоду слуг перед толпоючитателей,улыбчивую лестьпристойным пошлякам и дуралеям,окажется, что в мире естьне больше сотни чистых строчекна миллиарды вредных книг.Родил всего один глоточеквселенской мудрости родник.

55

– Я тоже вижу тлен и сырость.Кривлянье жён, судьбу детей.Но где мне взять живую милостьбезукоризненных идей,способных вдунуть в их останкисмысл, направление и дух?Я сам застрял на полустанке,ещё между таких же двухплатформ косых в пустых просторах.Здесь поезда не тормозят.Кленовых листьев звёздный ворох.И запах преющих опят.

56

Ночь бесконечна. Рвана речь.Как рана где-то меж лопаток.Сменить бы парочку солдатокна психиатров. Нас упечьмогла бы и прослушкабез прокурора в жёлтый дом.Зачем таким курок и мушка? —Лечить лекарством и трудом!Поэты лижут у народаи сладко ластят знать и власть,а тут два конченых уродахотят на всё с прибором класть!Пусть только высунутся ушиих фармазоньи из травы —пойдут учиться бить баклушина корм прожорливой молвы,чтоб прочим было неповадно.Пока ж пусть бредят до поры».

57

Мы из окна секли прослушку,ушей голодных не щадя,фургон конторский взяв на мушкукривого ржавого гвоздя,который из оконной рамыторчал, как стержень нашей драмы.

58

– Смешно устроены законыи тайны наших государств —медали, ментики, погонывредней психушечных лекарств.Они питают страсть и злобу,гордыню тешат, то бишь честь.Сам человек себе в утробуспешит, чтобы себя же съесть.И превратившись в двухколейки,как плексиглазый ползуноклогарифмической линейкиползёт, считает, видит прокв своём карьерном продвиженьеот цифры – цать до цифры – цать.Скользит до головокруженьяв стремленьи править и бряцать.

59

– Но государству без порядканельзя. Толпа страшней, чем строй.Когда растёт по струнке грядка,нет куража времён упадкаи русский бунт трясин кровавыхне так кошмарит шар земной.– Здесь лупят левых, рубят правыхи месят тех, кто сторонойпрокрасться думает фривольно.Как ни старайся – будет больно.– Что власть, что бунт – одна концовка:нагайка, пуля и веревка.

60

– И ничего нельзя поправить?– Удобрить грядку говнецом,кощея злого обезглавитьи жизнь закончить молодцом?– Как с властью ни играй, ни путайследов невидимых трудов,любой оставшейся минутойк разлуке с волей будь готов.

61

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Ворон
Ворон

Р' книге приводится каноническая редакция текста стихотворения "Ворон" Э.А. По, представлены подстрочный перевод стихотворения на СЂСѓСЃСЃРєРёР№ язык, полный СЃРІРѕРґ СЂСѓСЃСЃРєРёС… переводов XIX в., а также СЂСѓСЃСЃРєРёРµ переводы XX столетия, в том числе не публиковавшиеся ранее. Р' разделе "Дополнения" приводятся источники стихотворения и новый перевод статьи Э. По "Философия сочинения", в которой описан процесс создания "Ворона". Р' научных статьях освещена история создания произведения, разъяснены формально-содержательные категории текста стихотворения, выявлена сверхзадача "Ворона". Текст оригинала и СЂСѓСЃСЃРєРёРµ переводы, разбитые по периодам, снабжены обширными исследованиями и комментариями. Приведены библиографический указатель и репертуар СЂСѓСЃСЃРєРёС… рефренов "Ворона". Р

Эдгар Аллан По

Поэзия