Читаем Безумное танго полностью

– Представьте: по Москве идет, к примеру, Сильвестр Сталлоне. Не настоящий, конечно, но я у нас в Нижнем знаю одного парня, который похож на него, как родной брат. Это Миша Пресняков, знаменитый хоккеист с Автозавода, не слышали? Ну вот, идет Сталлоне, и вдруг на него налетает толпа хулиганов. Он какое-то время дерется, но их слишком много, они начинают одолевать, Сталлоне падает, и вроде бы ему приходит каюк, как вдруг откуда ни возьмись подкатывает машинка, из нее выскакивает этакая русская красавица с косой, румянец во всю щеку, бюст какой надо, – и начинает махать руками и ногами, расшвыривая хулиганов. Кто лежит неподвижно, кто обратился в бегство. Слай открывает затуманившиеся глазки и спрашивает дрожащим голоском: «Ху а ю?» А красавица с косой ему гордо отвечает: «Я – женщина России!» Тут Сильвестр подскакивает, целует даме ручку, они садятся в ее тачку, которая разбегается по шоссе – и постепенно превращается в маленький самолетик. Он взлетает, кружит над городом, а в воздухе остается инверсионный след в виде огромных букв: «Голосуйте за „Женщин России“!»

Роман взахлеб засмеялся, страшно довольный собой.

– Ну как? Не слабо, верно? Может быть, если бы эти тетки, вернее, «Женщины России», взяли мой сюжет, то набрали бы больше голосов на выборах. Я предложил одной из них, которая из Нижнего, так она сделала такое лицо… Для нас, мол, работают профессиональные пи-ары, а вы кто? Пи-ары, убиться веником! Это не пи-ары, а писсуары, если после их работы такие результаты! А вам нравится? Вы как думаете, классный сюжет?

Тамара машинально кивнула, чувствуя себя невыносимо неловко оттого, что стоит так близко к Роману. Воровато отвела глаза – и уставилась именно туда, куда больше всего не хотела смотреть.

Эта картина в стиле Вальежо… Она изображала полуженщину-полузмею, с которой занимался любовью красавец-брюнет с широченными плечами и скульптурной задницей. Нижняя часть дамы была вполне женской и лицо тоже, а вот обнимала она любовника не руками, а змеиными кольцами, так что непонятно было, то ли его страсть превращает ее из змеи в женщину, то ли, наоборот, пробуждает в ней самые что ни на есть гадские эмоции.

– Красивая бабенка, верно? – спросил Роман, перехватив взгляд Тамары. – Это, так сказать, контаминация лиц некоторых моих натурщиц.

– У вас есть натурщицы?

Ну и голос у нее. Откуда в нем такая тоска? Прямо умирающий лебедь! У художника должны быть натурщицы и натурщики, это вполне нормально.

– Да так, ходят всякие девчонки.

– Вы им платите? Ну, за работу?