Читаем Безумие полностью

– Адам пытался... Он поцеловал меня, но я отказала ему.

Ди в течение минуты шокировано смотрит на меня, после чего протяжно вздыхает.

– Роуэн…

– Да?

– Почему?

– Он бы разбил мне сердце, Ди. Так же, как и Брейди. Брось, ты и сама это знаешь. На этих выходных он практически переспал с Мишель Хоторн.

– Из школы?!

– Да! – радуюсь я тому, что это имя вызывает у неё такое же отвращение, как и у меня. – У них был концерт в Фейрвью, и она ходила за ним по пятам! По всей видимости, они переспали пару месяцев назад.

– ФУ, – кричит Ди с перекошенным от отвращения лицом. Она уставилась на свой напиток так, словно смотрит в высоком разрешении видео чего-то, что я не хочу представлять. – Фууу.

– Именно.

Я снимаю крышку со своего мокко, чтобы в первую очередь съесть взбитые сливки.

– Она такая мерзкая стерва со шлюшечьим лицом. Ты в курсе, что она переспала с обоими близнецами Хейзелтон?!

– Как и ты! – смеюсь я.

Соломинка прекращает вращаться в её напитке, когда Ди останавливается и морщит нос.

– Я?

– Да! Ты переспала с Генри в одиннадцатом классе на вечеринке в честь Хэллоуина у Бета Миллера, а с Хойтом – следующим летом на озере Лорел.

Она наклоняет голову в сторону, явно не в силах вспомнить.

– Ты уверена?

– Абсолютно! Ты ещё сказала, что это довольно странно, что Хойт был тихим близнецом, так как в постели он был намного громче.

– О! Точно! Боже мой, он был таким ГРОМКИМ.

Я смеюсь, вспоминая, как Ди пародировала издаваемые парнем звуки. Образы гориллы и Хойта в её исполнении были практически идентичны, за исключением разве что почесываний подмышек и воображаемого поедания блох.

– Всё равно! – произносит Ди с выражением крайнего отвращения на лице. – Мишель Хоторн, тьфу! Почему Адам интересуется такой девушкой?

– Потому что он – самый настоящий бабник, – небрежно замечаю я, закрывая крышкой мокко. – Ты считаешь Брейди плохим? Он Адаму и в подметки не годится.

– Но Адам не встречается с тобой на протяжении трёх лет... Это не то же самое.

– В любом случае, он не заинтересован в отношениях.

– А если бы был?

– Тем не менее, нет.

Ди ворчит на меня, после чего добавляет:

– Так почему бы тебе просто не повеселиться с ним? Как друзья с привилегиями?

– Ты можешь себе представить, чтобы я так поступала?

Я останавливаюсь, чтобы сделать глоток мокко, пока она обдумывает.

– Я бы привязалась к нему, после чего всё это стало бы слишком странным, и нам пришлось бы перестать общаться. Я бы предпочла оставить всё, как есть. Нам очень весело вместе. Он крут.

Ди кивает.

– Он кажется довольно классным… – она пожимает плечами, помешивая фраппучино. – Чертовски обидно. Он хорошо целуется?

Я хихикаю и заливаюсь краской.

– А ты как думаешь?

Она стонет.

– Думаю, мне нужно было выбрать курс французского в школе.

То, что происходит дальше, можно описать лишь как «Пытка в Кофейне». Ди не знает пощады – она, словно «железная дева», вырезает из меня каждую деталь, и лишь один секрет мне удается сдержать за зубами. Я рассказала подруге о том, как Адам пробрался ко мне в постель в автобусе и поцеловал моё плечо. Также рассказала о том, как мы с ним целовались у «Эмили». Но я всё ещё не могу поведать ей о том, как полтора месяца назад целовалась с ним в Mayhem. Слишком много времени прошло. Она убьёт меня за то, что я не рассказала ей об этом раньше. А эта кофейня просто переполнена потенциальным оружием: пластиковые вилки, обжигающе-горячее молоко, острые металлические краны с сиропом. К моменту возвращения Адама в кофейню, я потираю правый глаз, пытаясь избавиться от фантомной боли, которая пустила там корни в ожидании того, как соломинка Ди застрянет в нём, если я осмелюсь заикнуться о первом поцелуе с Адамом в гастрольном автобусе.

– Ну что, вы двое уже закончили обсуждать то, как классно я целуюсь? – дразнится он, присаживаясь рядом со мной.

Я, разинув рот, уставилась на него, борясь с желанием нырнуть под стол, чтобы проверить наличие жучков, ибо, КАК, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ОН УЗНАЛ ОБ ЭТОМ?!

Он смеется, видя моё потрясенное выражение лица.

– Ух ты, вы говорили о том, как классно я целуюсь!

Он смотрит на Ди, чьё идентично шокированное выражение лица ничего не скрывает, после чего вновь переводит взгляд на меня.

– По шкале от одного до десяти?

– Так или иначе, – игнорирую его, отчаянно пытаясь привести Ди в чувство, сменив тему разговора, – в действительности я тусовалась с ним лишь ради бесплатного пропуска за кулисы. Я взяла один для тебя на следующую субботу.

Она смеется и допивает фраппучино.

– Да, в этом есть смысл. Особенно, если учесть, как ужасно он целуется по твоим словам.

– Чушь собачья! – протестует Адам.

Я пожимаю плечами.

– Ты не можешь быть хорош во всем.

Он поворачивается на стуле ко мне лицом, прижимаясь коленями к моей ноге. Одна рука покоится на спинке моего стула, а другая – на столе передо мной.

– Позволь мне попробовать ещё раз, – настаивает Адам, и моя кровь каким-то образом умудряется гореть и стынуть одновременно.

Ди с силой пинает меня под столом.

– Позволь ему попробовать ещё раз!