Читаем Безмолвная (СИ) полностью

Открываю рот, в попытке ответить незнакомой женщине, но оттуда не вырывается ни слова. Могу лишь двигать опухшим от жажды языком, и клацать зубами. Делаю повторную попытку — с тем же результатом. Правда, на этот раз, обращаю внимание на отсутствие какой-либо мышечной активности в районе голосовых связок.

«Что за чёрт?!» — нагоняет меня паническая мысль, пока я, стараюсь выдавить из непослушного горла хоть звук. Безрезультатно.

— Что ты хочешь сказать? — спрашивает женщина, наклоняясь ближе и внимательно разглядывая покрытое соляной коркой лицо. Её зрачки расширяются, когда она что-то замечает в районе моей шевелюры.

— Божечки, да ты вся в крови! — восклицает она, аккуратно берясь за мой подбородок, и отворачивая голову в сторону, желая найти место кровотечения. — Я вызову скорую!

Последнее движение было напрасным. Потревоженный организм взбрыкивается очередным приступом мигрени, раскалывающей черепушку, и меня накрывает спасительная темнота.

* * *

Подсмотрено в медицинской карте:

Имя — неизвестно

Фамилия — неизвестно

Пол — женский.

Возраст — не установлен. Предположительно, окончание пубертатного периода — пятнадцать-шестнадцать лет. Общее состояние организма, внутренних органов, суставов, зубов, а так же, вторичные половые признаки соответствуют указанному возрастному промежутку. Девственница.

Национальность — не установлена. Черты лица соответствуют европеоидным, но присутствуют и незначительные черты азиатских групп.

Рост — 172 см.

Вес — 52 кг.

Цвет волос — пепельно-русый

Цвет радужки глаз — яркий-фиолетовый

Группа крови — АВ (IV) RH-

Телосложение — нормальное, без врождённых или приобретённых дефектов. Шрамы, или какие-либо особые приметы на теле — отсутствуют.

Поступила в бессознательном состоянии. На левой стороне черепа глубокая рана с обожжёнными краями, тянущаяся от виска до затылка. Предположительно, от пули крупного калибра.

Результаты поверхностного осмотра повреждения: непроникающее, касательное ранение в форме борозды, с повреждением мягких тканей и многооскольчатым переломом костей черепа, без нарушения целостности твёрдой мозговой оболочки.

Результаты томографии: обширная эпидуральная гематома, затрагивающая височную, теменную и затылочную области левого полушария.

По широкому, больничному коридору, в сторону операционной, распугивая редких пациентов, решивших прогуляться, стремительно движется процессия, окружившая тележку-каталку. На штативах, прикреплённых в её изголовье, рисуют неровные линии, и тревожно попискиваю мониторы жизнедеятельности. Опутанная трубками и проводами, на каталке лежит девочка лет пятнадцати. Её спутанные, светлые волосы потемнели, от пропитавшей их крови. Глаза девочки закрыты, а на бледном, словно фарфор, личике, проступил оскал смерти.

К процессии присоединяется высокий мужчина средних лет в белом медицинском халате. Один из сопровождающих каталку медиков протягивает ему тонкую папку — медицинскую карту пациентки. Протягивает одной рукой — ему не до соблюдения формальностей. Спасти человеческую жизнь сейчас важнее.

Высокий мужчина — врач-нейрохирург. Он открывает папку и быстро пробегает глазами скудные данные по поступившей пациентке. Его взгляд зацепляется за одну из строчек, и лицо вытягивается от удивления.

— Что-о? Вы не ошиблись с диагнозом? — обращается он к медику, отдавшему карту. — При подобных ранениях, кости черепа всегда повреждают мозговую оболочку. Откуда эпидуральная гематома?

— Это не ошибка, сонбэ-ним. Дежурный врач тоже обратил внимание на эту аномалию. Он потребовал сделать повторную томографию. Она подтвердила результаты предыдущей.

— Ладно. Уже нет времени на ещё одну МРТ. Придётся вскрывать, как есть. Где её родственники?