Набрав нужный логин, я вошла в систему соединения с клиентами и выслала Вернеру одноразовый код доступа. Как правило, так делалось, когда клиент вводил логин, но я догадалась, что таким образом можно пригласить Дамиана на этот засекреченный чат. Намерения играть в таинственность у меня не было. Связь и так была закодирована, а информация почти сразу уничтожалась.

Пользуясь правом админа, я внесла несколько изменений в перечне пользователей, благодаря чему Вернер сообразит, что на другом конце канала связи находится реальный человек.

Он долго не выходил в связь, а я, напряженно ожидая, обдумывала: «Правильно ли я поступаю?» Потому что чувствовала себя так, будто предаю Роберта. Нет, может, я и не допускала ничего такого, но точно подумывала об этом. Как будто на выходе из гостиничного бара повстречала мужчину, оказавшегося впоследствии прекрасным другом. Вроде ничего страшного, но ведь известно, к чему это может привести…

Когда Вернер наконец появился в сети, я, занеся руки над клавиатурой, прикидывала: «Что же написать ему?» Но ничего хорошего мне в голову не приходило.

На мониторе появился его вопрос:

— Кассандра?

Определенности в том, насколько я должна быть с ним открыта, у меня не было.

— Хозяйка «Рейманн инвестигейшн»? — дополнил Вернер свой вопрос.

— Да.

— А что с Клизой?

— Ей пришлось заняться другим запутанным делом.

С минуту он не отвечал. Потом написал:

— Она должна вернуться к моему.

— Пока такой возможности нет, но я постараюсь сделать все, что смогу, — ответила я.

Сообщения исчезали одно за другим, и курсор мигал в ожидании, когда кто-нибудь что-либо напишет. Опершись локтем на стол, я пристально вглядывалась в монитор. У Дамиана, судя по всему, не было полной уверенности в том, что мне можно доверять. С одной стороны, ему приходилось общаться с посторонним человеком, но с другой — по секретному каналу шло общение с фирмой, которая — единственная до сего времени — протянула ему, образно говоря, руку помощи.

— Клиза сообщила мне, что ты что-то обнаружил, — написала я.

Мне показалось, что ответ шел бесконечно долго.

— Обнаружил. Больше, чем ожидал.

— А именно?

— Она жива.

— Что?!

— Знаю, что это кажется неправдоподобным. Но у меня есть доказательство.

Я неосознанно потянулась за бокалом.

— Уверен?

— Да.

Словно он мог это увидеть, я в раздумье покивала, решая: писать ли, что обнаружено тело? А смысл? Ему все это прекрасно известно.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — продолжил писать он. — Что жених, не желая примириться с утратой, ищет какие-то абсурдные объяснения и хватается за любую, даже самую незначительную, надежду… Однако же поверь мне.

Я глубоко вздохнула, все так же толком не зная, как должна отреагировать. Мое возражение могло оттолкнуть его. Чересчур поспешное согласие также могло оказаться некстати. И потому я пришла к выводу, что лучше дождаться от Дамиана очередного сообщения.

Через минуту появились строчки:

— Она жива. У меня есть тому доказательство.

Часть II

1

Я даже и не надеялся, что хозяйка агентства поверит мне на слово. Просто считал, что агентство несет ответственность за выполнение своих обязательств и потому Кассандра не может от меня отделаться. Ведь Блицер заплатил аванс и деньги уже ушли на их счет. Но, видимо, и они заинтересованы в хорошем маркетинге, поскольку кинутые и разозленные клиенты являются большим риском для репутации фирмы.

Мой с агентством первый «разговор» в специальном чате под названием «РИЧ» длился около получаса. Я удержался от комментариев относительно того, что Кассандра присвоила мне ник «Верн». Не стал спрашивать ее о значении сокращения «РИЧ», решив, что «Ч» обозначает — чат. Не очень-то изысканно, надо заметить.