— Просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке. А сейчас мне действительно нужно бежать.

— Спасибо, что принесла ключ.

— Без проблем.

Энергично двигаясь, Тоня поспешила по коридору, с напряженной спиной и высоко поднятой головой. Винтер потянулась в карман, с ужасом вспомнив, что у нее нет телефона.

Ей действительно нужно с кем-то поговорить.

Нет… не просто с кем-то.

С кем-то конкретным.

С Ноа.

Глава 17

Ноа сложил последний мешок удобрений на деревянные салазки в конце теплицы. Приехав в фермерский кооператив, он с облегчением обнаружил, что ему не придется разгребать грузовик с дерьмом, но не мог отрицать, что к тому времени, когда закончил упаковку и распаковку тяжелых мешков, поясница начала побаливать.

Как справлялась миниатюрная Винтер? Мешки весили столько же, сколько и она.

Покачав головой от удивления, Ноа закрыл теплицу и забрался в грузовик. Утренние дела заняли больше времени, чем ожидалось, и теперь ему не терпелось попасть в больницу. Не только из желания убедиться, что с Винтер все в порядке, но и просто чтобы побыть вместе с ней.

Не в первый раз он стремился разделить обед со своей подругой. Не раз он перекраивал свое расписание, чтобы зайти в «Винтер Гарден», когда знал, что толпа поредеет, и она могла присоединиться к нему на несколько минут. Ему никогда не приходило в голову, что это не просто отдых после напряженного утра.

Или, по крайней мере, он никогда не допускал мысли, что это может быть чем-то большим.

Поднимаясь по склону холма, Ноа проехал мимо тихого фермерского дома. Он ненадолго задумался о том, чтобы остановиться и пройтись по окрестностям. Ему хотелось знать, где нужно стоять, чтобы заглянуть на кухню и увидеть стойку, на которой Винтер оставила свой телефон. В конце концов, он поехал дальше, чтобы свернуть на усыпанную гравием дорогу, которая приведет его обратно в город.

После того как Сандера ранили, вокруг дома прогуливалось более двадцати человек. Одни во дворе, другие на крыльце. Он не сомневался, что несколько человек зашли внутрь, чтобы сходить в туалет или попить. Невозможно точно определить, кто мог схватить телефон.

Двигаясь достаточно медленно, чтобы уклоняться от тракторов, которые переезжали с одного поля на другое, Ноа позволил своим мыслям вернуться к разговору с Джеем Уилером. Выяснить удалось не так много. Он уже знал, что отношения Лорел с мужем и свекром складывались непросто, хотя Джей намекнул, что в реакции Эдгара на жену кроется нечто большее, чем разочарование.

Отчаяние…

Ноа встряхнул головой, пытаясь отогнать подозрения. Не получилось.

Эдгар выглядел типичным мягкотелым профессором, но он все же мужчина. То, что его жена открыто заводила одного любовника за другим, не говоря уже о том, что подвергала его финансовому риску своими экстравагантными тратами, несомненно, приводило его в ярость. Добавьте к этому его разочарование от ее отказа становиться женой, о которой он, несомненно, мечтал.

Ноа уже начал задаваться вопросом, где находился Эдгар Мур, когда убили его жену, когда услышал позади себя звук автомобиля. Взглянув в зеркало заднего вида, он увидел грузовик, мчавшийся по холму на бешеной скорости, разбрасывая за собой гравий.

— Идиот, — пробормотал он, замедляя ход, чтобы прижаться к обочине узкой дороги.

Есть люди, которые не заботятся о безопасности. Ни своей, ни чужой. Если грузовик окажется в кювете, Ноа плевать, но он не собирался присоединяться к этому придурку.

Ноа продолжал давить на тормоза, когда грузовик объехал его. Бормоча проклятия, подождал, пока псих проедет, и только потом понял, что машина остановилась. Повернув голову, он увидел смутные очертания человека на водительском сиденье, но из-за положения солнца невозможно определить больше, чем то, что на нем бейсбольная кепка и толстое пальто с поднятым воротником.

Подумав, не заблудился ли водитель, Ноа начал опускать стекло. В этот момент ему бросилась в глаза табличка на боку грузовика.

Дерьмо.

Дрейк Шелтон. Ноа дернулся назад как раз вовремя, чтобы увидеть, как водитель поднял дробовик и направил дуло в его сторону.

Последней мыслью Ноа, когда он пытался уклониться от выстрела, были сожаления о том, что так и не признался Винтер в своих чувствах. Разочарование, охватившее его, подействовало так же разрушительно, как и пули, которые врезались в окно, разбив его на тысячу болезненных снарядов.

***

Винтер ходила из одного конца комнаты ожидания в другой. Где же Ноа? Он сказал, что пригласит на обед, и, в отличие от большинства мужчин в ее жизни, всегда выполнял свои обещания.

Что-то случилось? Он все еще пытается разыскать отца Оливера? Или произошла какая-то заминка с ее заказом на удобрения? Она не могла позвонить без мобильного телефона. Да и обещала, что не покинет больницу без него.

Винтер вернулась к кофеварке, когда услышала позади себя шаги.

— Ноа? — Обернувшись, она с замиранием сердца увидела высокую темноволосую женщину в безупречно накрахмаленной униформе. — О, Шелли. — Винтер изо всех сил старалась скрыть свое разочарование. — Я ждала Ноа.

Шелли остановилась возле двери.

— Он здесь.