Читаем Бездушная полностью

Одновременно мисс Таработти прижалась спиной к запертой двери. В отсутствие парасоля лучшим средством защиты казались каблуки, крепкие и острые, как гвозди. На Алексии были ее любимые ботинки для прогулок с замечательными каблучками в форме песочных часов. В них она была чуть выше, чем диктовали требования моды, зато чувствовала себя почти элегантной, такими они были славными. А еще это была самая экстравагантная пара среди всей ее обуви. Мать считала их покупку прямо-таки по-французски скандальной. Алексия нацелилась твердым каблуком в коленную чашечку мужчины в шляпе.

— В этом нет нужды! — воскликнул тот, уклоняясь от удара.

Мисс Таработти не поняла, что именно он имеет в виду, пинок или крик, поэтому с азартом вновь прибегла и к тому, и к другому. Мужчине, казалось, сложно было преодолевать эффективную преграду, которую создали в тесноте наемного экипажа многочисленные слои юбок и оборок. К сожалению, собственные оборонительные маневры Алексии были ограничены ими же. Она упрямо откинулась назад и снова дрыгнула ногой. Ее юбки зашуршали.

Вопреки отчаянным усилиям мисс Таработти носовой платок человека в шляпе неумолимо приближался к ее лицу. Она отвернулась и почувствовала головокружение. Запах сладких испарений казался почти невыносимым. Глаза начали слезиться.

Время будто бы замедлилось. Алексия не могла отделаться от мысли, чем же она так оскорбила небеса, что те уже второй раз за одну короткую неделю насылают на нее злоумышленников.

Как раз когда она решила, что надежды больше нет и избежать соприкосновения с пропитанным какой-то гадостью платком не удастся, внезапно послышался громкий звук. Исходя из новомодной теории эволюции, мисс Таработти заподозрила, что его предназначением было пробирать представителей человечества до костей. Это был громкий, раскатистый, пугающий вой. От него дрожал воздух, трепетала плоть, а кровь стыла в жилах. Такой вопль хищник издает лишь тогда, когда его жертва еще жива, но вот-вот непременно будет убита. В данном случае звук вдобавок сопровождался громким ударом, когда спереди что-то врезалось в кэб достаточно сильно, чтобы тряхнуть тех, кто боролся внутри.

Карета, которая уже успела набрать скорость, резко остановилась. Алексия услышала, как заржала испуганная лошадь. Раздался треск — это лошадь вырвалась из упряжи, а потом ее копыта застучали в галопе по лондонским улицам, и этот стук всё удалялся.

Снова послышался глухой удар — плоть столкнулась с деревом. Кэб опять тряхнуло.

Нападавший на мисс Таработти отвлекся, перестал лезть к ней с платком, опустил окно и высунулся наружу, повернув голову туда, где должен сидеть извозчик.

— Что происходит?

Ответа не последовало.

Мисс Таработти лягнула человека в шляпе под колено. Тот обернулся, схватил ее за ботинок и дернул. Алексия ударилась спиной о дверь, достаточно сильно, чтобы заполучить синяк от ручки, потому что ни платье, ни корсет не смогли защитить ее от такой неприятности.

— Ты начинаешь меня раздражать, — зарычал человек в шляпе и резко дернул ее ногу вверх.

Алексия доблестно попыталась выпрямиться, упираясь в пол лишь одной ногой, и снова закричала; на сей раз это был скорее крик злобы и разочарования, чем страха. Словно в ответ на него дверь, в которую она упиралась спиной, открылась.

С коротким тревожным писком мисс Таработти вывалилась из кэба, молотя руками и ногами в воздухе, и, издав звук «уф», приземлилась на что-то плотное, но достаточно мягкое, чтобы не отшибить себе все внутренности. Она глубоко вдохнула затхлый лондонский воздух и раскашлялась. Что ж, во всяком случае, это не хлороформ. Прежде она никогда не сталкивалась с упомянутым химическим веществом, поскольку оно лишь недавно стало получать распространение среди наиболее прогрессивно мыслящих медиков, но сильно подозревала, что злополучный носовой платок злоумышленника в шляпе был пропитан именно хлороформом.

То, на что она приземлилась, заизвивалось. Раздался рык:

— Силы небесные, женщина! Подвиньтесь!

Мисс Таработти не была легкой как пушинка. Она не делала тайны из того, что любит покушать — причем разнообразно, вкусно и регулярно. Фигуру Алексия поддерживала постоянными упражнениями, а не жесткими диетами. Но лорд Маккон, который под ней извивался, был очень силен и, казалось бы, мог легко сдвинуть ее с места. Однако он вроде бы испытывал некоторые трудности, снимая ее с себя: процесс слишком затянулся, если учесть габариты лорда, пусть даже от такого близкого контакта с Алексией он и утратил свои потусторонние способности.

Как правило, лорд Маккон предпочитал пышных женщин. Ему нравились дамы с формами — есть и за что подержаться, и что пожевать. Его голос, как всегда раздраженный, совсем не соответствовал той мягкости, с которой этот господин переместил на землю роскошное тело Алексии, чтобы проверить свое собственное на предмет повреждений.

— Вы не пострадали, мисс Таработти?

— Вы имеете в виду, если не брать в расчет мое достоинство?