Фёдор Кришкин

Безделица

Лишь то, что писано с трудом – читать легко

В. Жуковский

Глава первая

Я и вообразить себе не мог, какой ерундой изрешечена вся моя жизнь. В момент, когда всё началось, мне было около пяти лет. Тогда, будучи бескровным и прикроватным мальчиком, я написал стихотворение, которое определило то, по каким тропам покатится моя взъерошенная голова.

Мальчик написал свою первую, облачённую в детский костюм императора из всегда пыльной бархатной ткани, в какой одевали мальчуганов для фотографий, которые никогда не сохраняются, мысль на клочке бумаге, который, на мой взгляд, совсем не подходил под масштабный замысел автора. С другой стороны, когда уже повзрослевший Фёдор Кришкин поступил в институт и в день вручения студенческих билетов с прерванным судьбой ожиданием обнаружил, что ему достался неизвестный, почти земблянский язык (наверняка, он будет заниматься забытой африканской страной!), он также узнал, что весь развешанный на бельевой верёвке сырой алфавит, каждый из эмбрионов которого станет для него мудрым ходжой или прекрасной чужестранкой… это совершенно никуда не годится.