Читаем Без веры полностью

Толливер откашлялся.

— Сара, эту девушку точно ищут. Нужно выяснить, кто она и откуда.

— Обязательно выясним.

— Приеду, как только освобожусь, — после очередной паузы пообещал Джеффри.

Доктор Линтон аккуратно положила трубку на базу. Слова бывшего супруга гулким эхом звучали в подсознании. Около года назад Джеффри в ходе операции застрелил молодую девушку. Ужасная сцена разыгралась на глазах у Сары. У Толливера не было выбора, но он будет корить себя до конца своих дней.

Женщина подошла к шкафу и достала необходимые для вскрытия формуляры. Смерть скорее всего наступила в результате удушения, но, несмотря на это, требовалось взять пробы крови и мочи, соответствующим образом пометить и отослать в центральную лабораторию, где они будут ждать, пока до них не доберутся заваленные работой сотрудники бюро расследований штата. Ткани следует обработать и хранить в морге как минимум три года, а улики — собрать, зарегистрировать и запечатать в пластиковые контейнеры. Если девушку изнасиловали, после первичного осмотра придется произвести дополнительный: взять соскоб с ногтей и мазки влагалища, ануса и ротовой полости. Органы нужно взвесить, руки и ноги измерить. Цвет глаз, волос, родимых пятен; количество зубов, шрамов, синяков, анатомических отклонений надлежащим образом зарегистрируют. Через несколько часов Сара узнает о девушке все, кроме самого важного — ее имени.

Доктор Линтон открыла журнал, чтобы завести новое дело. Итак, для морга это будет № 8472. В настоящее время полицейское управление округа расследовало всего два преступления с неопознанными телами, так что юная особа станет Евой номер три. С глубоким сожалением Сара сделала запись. Пока не найдутся родственники, погибшая всего лишь имя нарицательное.

Пролистав пачку бланков, доктор Линтон выбрала свидетельство о смерти; по закону на оформление дается сорок восемь часов. С каждым шагом превращение невинной жертвы в комбинацию букв и цифр будет стремительно набирать обороты. После вскрытия доктор Линтон отыщет соответствующий причине смерти код и занесет в определенное окошко бланка. Готовое свидетельство пошлют в Национальный центр статистики, который в должный срок передаст данные во Всемирную организацию здравоохранения. Данные проанализируют, присвоят дополнительные буквенно-числовые коды, а затем внесут в архив, сначала национальный, затем международный. Наличие семьи, друзей и, возможно, любовников в бездушных значках никак не отразится.

Мысли постоянно возвращались к лежащей в деревянном гробу девушке, Саре почему-то было страшно на нее смотреть. При рождении кто-то заглянул в крошечное личико и дал малышке имя. Кто-то ее любил.

Услышав скрип древнего лифта, Сара отодвинула стопку документов и вышла из-за стола. Остановившись у раздвигающихся дверей, она ждала ползущую вверх по шахте кабину. Вообще-то Карлос очень серьезный, но все шутки, которые от него слышала доктор Линтон, так или иначе относились к полетам и падениям на этом допотопном устройстве.

Даже табло было старомодным: нечто вроде циферблата с номерами этажей и стрелкой, которая сейчас будто прилипла к нулю. Прижавшись к стене, Сара стала мысленно отсчитывать секунды, дошла до тридцати восьми и уже собралась вызвать мастера, когда в обложенном кафелем зале послышалось громкое «динь!» и дверцы медленно открылись.

За каталкой стоял насмерть перепуганный Карлос.

— Думал, мы застряли, — с сильным испанским акцентом проговорил он.

— Давай помогу, — предложила доктор Линтон, взявшись за каталку, чтобы санитару не пришлось одному волочь ее в зал. Рука девушки до сих пор приподнята в попытке выбраться из подземной темницы, и Сара с Карлосом старались, чтобы она не задела дверцу кабины. — Рентген сделал? — спросила доктор Линтон.

— Да, мэм.

— Сколько весит?

— Пятьдесят один килограмм при росте сто шестьдесят сантиметров.

Сара сделала пометки на белой, привинченной к стене доске.

— Давай ее переложим, — сказала она, закрыв колпачком маркер.

В лесу девушку упаковали в черный мешок, и сейчас, взяв за углы, они перетащили его на стол. Доктор Линтон аккуратно открыла молнию, и они стали готовиться к вскрытию. Надев перчатки, Карлос разрезал бумажные пакеты, которыми обвязали руки жертвы, чтобы сохранить улики. Длинные волосы темным дождем падали с каталки, и, натянув перчатки, Сара аккуратно уложила их вдоль тела. Боже, да ведь она под любым предлогом старается не смотреть на превратившееся в маску лицо. Хм, похоже, помощник занят тем же.

Карлос начал раздевать девушку, а Сара достала из висевшего над раковиной шкафа халат и защитные очки. Аккуратно разложив одежду в выдвижной ящик, она поежилась: сняв платье, помощник подставил молочно-белое тело девушки безжалостно ярким лампам морга. Маленькая грудь была скрыта под спортивным бюстье, а трикотажные белые трусы больше подошли бы пожилой женщине. На каждое Рождество бабушка Эрншо дарила Саре с Тессой большие, по десять штук, наборы подобного белья, так что сестры прозвали такие трусы «бабушкиными».