Читаем Без ума от графа полностью

– Ах да, с нами поедет также и Дирлав. – Она весело рассмеялась. – Бедняга совсем потерял голову, после того как Гриффин забыл взять его с собой.

– Хорошо, я позабочусь об этом. – Монфор запнулся. – Ты, конечно, будешь жить в гостинице.

– Разумеется, – согласилась Розамунда.

Пендон-Плейс был обителью холостяка, поэтому посещение поместья выходило за рамки приличий. Однако она уже решила, что не будет придавать этому особого значения и подобные пустяки ее не остановят, но говорить об этом Монфору она не собиралась.

Судя по выражению лица герцога, он подозревал о ее намерениях, но пока она будет соблюдать хотя бы внешние приличия, он вряд ли станет вмешиваться в ее дела – главное, чтобы ее действия дали желаемый результат. Розамунда, как ей казалось, очень хорошо понимала Монфора и цели, которые он преследовал. Особенно после того, как она наблюдала за тем, как герцог устраивал брак Джейн и Константина.

Более того, она вовсе не собиралась долго жить в гостинице. Она не остановится ни перед чем, даже если потребуется повести Гриффина к алтарю под дулом пистолета.

Для Розамунды ясно было лишь одно: из Корнуолла она должна вернуться только графиней Трегарт.

Гриффин вытер вспотевший лоб рукавом рубашки, затем глотнул воды из фляжки. Копать канавы – это тяжелая, грязная и утомительная работа.

Как только он получил письмо от Джекс, поскакал домой сломя голову. Всю дорогу он то ругался, то обливался потом от страха за судьбу Джекс. Беспечная глупая девчонка! Разве нельзя было написать ему и подождать до тех пор, пока он не приедет и не заберет ее?

Впрочем, стоило ли ожидать чего-нибудь другого от Джекс? С ней всегда надо было держать ухо востро. Немного смущенный, он припомнил, что не соглашался на ее робкие просьбы приехать за ней в такую даль. Но ведь она должна понимать, что на этот раз поступила весьма опрометчиво. Узнай он, что Уоррингтоны строят брачные козни против нее, тотчас помчался бы на выручку.

Джекс поступила так, как ей хотелось, – обычное для нее дело. Совершенно безумная и нелепая выходка!

Примчавшись в Пендон-Плейс и найдя сестру живой и невредимой, он в гневе накричал на нее. Она как ни в чем не бывало выслушала обвинения и ругань, терпеливо ожидая, когда уляжется его гнев.

Он обрисовал перед ней все опасности, которые подстерегают в дороге молодую леди, путешествующую в одиночестве. В ответ Джекс беззаботно возразила, что все это пустяки, поскольку она ехала, переодевшись в мужскую одежду.

Черт! Час от часу не легче!

Страх бегал мурашками по его спине, когда он вспоминал рассказ Джекс о ее поездке домой. Какая беспечность! Какая глупость! Слава Богу, теперь она в безопасности. Хотя безопасность применительно к Джекс была весьма условным понятием.

Первым его побуждением было немедленно отправиться вместе с Джекс в Лондон, но, подумав, он отложил отъезд. Для того чтобы провести вместе с Розамундой и Джекс сезон в Лондоне, надо было как следует подготовить Пендон-Плейс к долгой отлучке хозяина, отдать необходимые распоряжения и указания.

Отбросив пустую фляжку, он с новой силой взялся за лопату. Уставшие мышцы протестующе заныли, но эта канава была необходима для новой, разработанной лично им системы осушения, поэтому Гриффин решил не уходить до тех пор, пока не выроет канаву.

Конечно, рытье канав не самое подходящее занятие для графа Трегарта. Теперь, когда он стал полновластным хозяином поместья и его окрестностей, ему больше не надо было слушаться деспотичного деда, который заставлял его выполнять грязную и тяжелую работу. Старый граф шутил, если очищением конюшен занимался Геркулес, то и Гриффину не стоит чураться столь благородной работы, а если граф злился, то говорил, что на большее Гриффин не способен.

Тем не менее Гриффину была по душе такая работа – простая и грязная, зато полезная. Более того, ее влияние благоприятно сказывалось как на его душевном, так и на физическом состоянии, а также внешнем облике.

К пятнадцати годам Гриффин превратился в мужчину с прекрасно развитой мускулатурой. Он не без явного удовольствия отмечал, какое устрашающее действие оказывают на деда его внушительные мышцы. Старый граф, боясь Гриффина, всегда разговаривал с ним в присутствии двух дюжих слуг.

После кончины деда прошло уже больше года, а Гриффин по-прежнему продолжал рыть канавы.

По правде говоря, он копал, чтобы во время работы все как следует обдумать. Вдали от одурманивающего сознание влияния Розамунды многое виделось более ясно и отчетливо. Ради чего он пытался соблазнить ее в летнем домике той ночью, кого пытался одурачить, уж не самого ли себя?

Она слишком много для него значила. Восхитительно красивая, живая, страстная и добрая. Он не мог так с ней обойтись. Разве можно было просто так взять то, что она ему предлагала, ничего не дав взамен?

Но она ему необходима! Девер поставил его в тяжелое положение. Прежде всего необходимо вызволять Джекс из ужасного положения. Надо было выдать сестру замуж и отправить подальше от Корнуолла ради ее собственного блага. С тех пор мало что изменилось.