Читаем Без правил полностью

Кажется, брат только теперь обрёл дар речи. Так и продолжал неотрывно смотреть на свою пару. Будто бы изучал, попутно делая какие-то свои мысленные умозаключения. Как ни странно, ни упрёка, ни сожаления, я в нём не почувствовал.

- Лучше позаботься о ней. Она в ближайшие несколько минут неадекват будет, - отозвался устало в ответ, разглядывая немного дезориентированную волчицу. - И если бы я тогда не уехал, мой волк бы вызвал тебя на бой за право быть с ней, Кир, - признался, наконец, в самом главном, заводя двигатель.

- Для меня это вот уже несколько часов, как не открытие, - проворчал тот ответно.

Подхватил свою пару на руки и направился в ту сторону, откуда пришли.

- Ну, ты и сволочь! - выдохнул я, обращаясь к Демону, глядя вслед ушедшим.

- А ты бы так и продолжал бегать от них, - парировал тот. - А братец твой не испытывает к происходящему никакого негатива. Не заметил?

- Заметил, только я - не он. Не уверен, что смогу делиться ею…

- Ну, так убей его, - пожал плечами пустынный волк в полнейшей меланхолии.

- Будь это кто-нибудь другой, так бы и сделал. Но не брата же, - посмотрел на друга с насмешкой. - Сам-то чего не убил Александра?

- Зачем? - удивился сидящий рядом. - Мне его брюнеточка не интересна.

- Да-да, я помню… у тебя другая шоколадка в уме, - не смог не подколоть его.

- Вкусная, - протянул он, облизнувшись. - Слушай, а у неё много парней было после меня?

Я даже закашлялся от такого вопроса. Посмотрел на обнаглевшего оборотня с возмущением.

- Совсем охренел, что ли?! - заорал не своим голосом. - Молчи вот лучше, а?

Громкий издевательский смех стал мне ответом. Я же сосредоточился на вождении, стараясь не сильно думать о том, что сказала совсем недавно Анютка. Но надежда - такая с*ка. Хочешь не хочешь, а отравляет мысли, подобно самому смертельному яду…


Хания


Когда всё началось? Когда я поняла, что мне нравятся два брата из клана серых волков?

Кажется, в мои пятнадцать.

До этого я их больше воспринимала, как друзей, с которыми никогда не бывает скучно. Их энергия и бесконечный энтузиазм заряжал всех вокруг, невольно втягивая на участие в проделках. А может, это эмпатия парней так действовала… Да, скорее всего, в ней дело.

Не сказать, что мы прям дружили, но, когда к отцу приезжала семья Рязановых, весь дом напоминал минное поле. И ведь сама же становилась невольной пособницей различных проказ братьев. Близнецы не делали разделений между девчонками мальчишками, ко всем относясь одинаково. Вот и получалось, мы с Селеной против них двоих.

А потом… мне исполнилось пятнадцать… Тогда наша четвёрка стала полноценной тройкой. Селена в свои восемнадцать стала “излишне взрослой” для детских шалостей. Тогда я ещё и не понимала, почему это вдруг так стало, причём здесь возраст и шалости...

Помнится, как-то мы разнесли всю гостиную, за что получили нагоняй от Авроры. Как ни странно, ни моего отца - Александра, ни их отца - Романа, произошедшее не разозлило. Оба наоборот посмеивались. За что им так же перепало вместе с нами за компанию.

Вот с той поры мы втроём стали неразлучны. Рядом с ними возникало ощущение внутреннего тепла. Словно меня укутали в пуховое одеяло. Да и возраст, наверное, давал о себе знать. Многие волки начинали делать намёки на ухаживания. Только я кроме близнецов и не видела никого. Да и те довольно скоро спроваживали моих поклонников, втягивая меня в очередные шалости. И это несмотря на нашу разницу в возрасте. Они ведь чуть младше Селены…

И только когда мы в очередной раз расстались на целый год в мои шестнадцать, осознала, что испытываю к ним нечто большее, чем просто дружеские чувства.

Но... разве можно любить двоих?

Вот и мне казалось, что - нет. Волки - дикие собственники и никогда, ни с кем не делятся своей парой. А я…

Из принципа стала гулять с другими ребятами, что ужасно не понравилось папе. Он, конечно, не запрещал, но и не позволял перейти выставленную грань дозволенного. Впрочем, я и не спешила этого делать. Хотя любопытство и гормоны давали о себе знать, толкая на глупости.

Переворот в нашем клане и связанные с ним события тогда успешно склонили чашу весов в пользу Кира. Демьян держался особняком, в то время как его брат постоянно находился рядом, даруя свою поддержку и нежность. И тогда я просто перенесла все свои испытываемые чувства к обоим близнецам на Кирилла. Ведь если не нужна второму...

Но кто же знал…

Честно говоря, и не знала, что теперь чувствовала.

Хотя нет - знала. Стыд. Огромный стыд перед Кириллом. Ведь осознанно обманывала его, скрывая истинное отношение к его брату. Да и успокаивала себя тем, что ведь люблю же свою пару в любом случае. А то, что не только его одного…

Ну, вот как их можно поделить?

Для меня они являлись единым целым. И без кого-то одного становилось тоскливо. Хотя я давно научилась преобразовывать это чувство в иное или сосредотачивалась на Кире...

Мысли, мысли, мысли…

Перейти на страницу:

Все книги серии Волчьи игры

Яд твоей любви
Яд твоей любви

(Николас & Аделия) История входит в мир "Волчьи игры", но является самостоятельной. Однотомник! Книга содержит нецензурную лексику, большое количество очень откровенных сцен!Николас Оливейра готов был любить свою пару вечно, если бы не случай, приведший к их расставанию. Год бесплодных поисков и ещё полгода на то, чтобы смириться с неизбежным. И всё для того, чтобы узнать - его пара находилась совсем рядом, стоило лишь вовремя свернуть на нужную магистраль. Вот только теперь от былой любви остались лишь пепел и ненависть, а в сердце давно поселились мрак и жестокость. Что принесёт им новая встреча? Смогут ли Николас и Аделия вернуть утраченное доверие и возродить былую любовь или обида и гнев не позволят им вновь соединить свои пути?

Александра Салиева , Анастасия Пырченкова

Самиздат, сетевая литература

Похожие книги

Безмолвный пациент
Безмолвный пациент

Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…

Алекс Михаэлидес

Детективы