— Верно, товарищ! — отозвался другой такой же завзятый противник папизма. — Если окажется, что это горит не церковь, то давайте подожжем ее, когда доедем до нее. Надо же, наконец, покончить с этим злом.

Предложение это было встречено хором сочувствующих голосов. Ехавшие во главе отряда не вслушивались в обмен мнений своих рядовых, а вели свой разговор.

— Что-то горит, — сказал сэр Ричард. — Должно быть, близ Руардина, по ту его сторону.

— А я опасаюсь, что… — начал было Юстес, но от волнения не мог продолжать и только прошептал со вздохом:

— О, Господи!

— Что вы хотели сказать, Тревор? Договаривайте! — с тревогой вскричал сэр Ричард. — Уж не думаете ли вы, что горит Холлимид?.. Да, в самом деле, похоже… Зарево правее Руардина… Эй, шевелись живее! — скомандовал он, обернувшись к отряду, и прибавил про себя:

— Авось, Бог даст, поспеем, чтобы спасти…

Но и он не мог договорить по той же причине, что и Юстес.

В глубоком молчании отряд пронесся через погруженный в крепкий сон Дрейбрук, переправился через узенькую речку, быстро поднялся по отлогой извилистой дороге у подошвы Руардин-Хилла и остановился для минутной передышки лишь в Руардине. Этот городок, подобно Дрейбруку, также был погружен в мирный сон, но никакого пожара в городке не было.

Снова пустились в путь и, отъехав на некоторое расстояние от Руардина, все убедились, что горит действительно Холлимид. Всадники еще более усилили бег своих коней и неслись точно на крыльях, стараясь не отставать друг от друга. Когда достигли, наконец, парка, всем бросились в глаза уже догоравшие остатки живописного усадебного дома, основанного еще во времена Тюдоров. Но ни на пожарище, ни вокруг него не было ни одной живой души.

Сэр Ричард и Юстес Тревор замерли в ужасе.

— Ну, здесь нам делать нечего! — с горечью выговорил, наконец, сэр Ричард. — Злодеи подожгли усадьбу и увели с собой в плен всех ее бывших владельцев… Вдогонку за ними! — с такой силой рявкнул он, что некоторые из лошадей испуганно взвились на дыбы и шарахнулись в сторону.

И тем же путем, каким ехал сюда, отряд понесся назад. Однако, куда же именно направить преследование? Роб Уальд был послан отыскать следы уходившего из усадьбы эскадрона принца Руперта. Эту задачу он выполнил быстро. Вернувшись к своему полковнику, дожидавшемуся во главе отряда на перекрестке, он доложил, что следы ведут к Дрейбруку.

— Стало быть, и к Мильчедину. Почему же мы в таком случае не встретились с ним, когда ехали сюда? — изумился сэр Ричард.

— Это объясняется очень просто, полковник, — сказал Роб. — Весь лес изрезан боковыми тропинками, причем некоторые из них короче большой дороги. Должно быть, такой тропинкой он и ехал.

— Может быть. Но через Дрейбрук и Мичельдин дорога идет, насколько мне известно, только на Глостер. Неужели этот разбойничий атаман не боится идти в область, занятую нами? — недоумевал Уольвейн.

— Он может миновать ее, — возразил сержант. — Возле Эбенхолла путь разветвляется: один идет в сторону Глостера, а другой — в сторону Уэстбери, где Руперт найдет уже своих.

— Да?.. Ну, хорошо, увидим, — проговорил Уольвейн и прибавил, — поезжайте вперед, сержант, и ведите нас по следам врага. Дай Бог, чтобы мы настигли его хоть при переправе через одну из рек!

Глава XXXII. БОЙ СРЕДИ ПАВОДКА

Между тем принц Руперт во главе своего эскадрона уже подъезжал к переправе через Северну при Фремилоде. Ближайшая переправа при Уэстбери оказалась настолько неудобной и рискованной из-за своей близости к Глостеру, что пришлось направиться к другой. Это затягивало и затрудняло путь, но было безопаснее. Ленсфорд прекрасно понимал, что можно ожидать погони со стороны полковника Уольвейна. Наверное, до него уже донеслась весть о посещении им, Ленсфордом, и принцем Рупертом Холлимида. Получив эту весть, полковник тотчас же должен был поспешить со своим отрядом на помощь обитателям Холлимида. Побывав же там и увидев одно лишь пожарище, зеленая конница форестерцев скачет теперь по следам багряной королевской. Может быть, преследователи подумают, что Руперт переправился через разливавшуюся Северну при Уэстбери, и захотят сделать то же самое. Но это будет их погибелью: вода в том месте так глубока, стремительность ее так велика, что сунувшиеся в нее сгоряча лошади не в силах будут с ней бороться.