Я двинулся к «отцу». Мне показалось, что я шел целую вечность. Хотя мне нужно было преодолеть расстояние в каких-то три метра. Я делал очень маленькие шаги, никак не мог поднять головы. И лишь иногда, поднимая глаза, я видел, что «отец» на меня внимательно смотрит. Наконец я подошел и смог дотронуться до «своего папы». Смог посмотреть ему в глаза. И в тот момент, когда это произошло, у меня из глаз полились слезы, я положил голову на плечо «отца», он меня обнял, я обнял его… Я плакал, как уставший ребенок плачет в объятиях своего родителя. И в этот момент я начал избавляться от чувства вины, от той тяжести, которую нес на плечах. Появилось тепло, сила, энергия. Я понял, что, хотя мой реальный отец уже умер, в моей душе все равно есть связь с ним. Я почувствовал, как эта связь, подорванная конфликтами родных, изуродованная перенятыми у других членов моей семьи чувствами страха, вины, стыда и прочими, понемногу восстанавливается. Я почувствовал легкость. Плакать больше не хотелось – хотелось петь, смеяться, радоваться новым ощущениям. Мне казалось, что все прошлые ссоры, недомолвки, трения между мной и моими родными ушли куда-то в небытие, что вместо сумрачного неба над моей головой вдруг появилось солнце…

Эта небольшая расстановка стала переломной не только в моей частной жизни, но и в моей профессиональной практике. Все знают, что творилось в нашей стране в конце девяностых. Но я – скажу без ложной скромности – был собран, работоспособен и нацелен на успех. Внезапно, словно из ниоткуда, появились силы. В 1999 году меня пригласили на должность директора Института психотерапии. Для меня начался новый этап в жизни, удачный, продуктивный, можно даже сказать, что это была новая жизнь в совершенно ином качестве, новый расцвет! Ко мне вернулась та сила, с которой я утратил связь из-за множества неприятных событий, произошедших в моей семье, в моем роду. И все это привело к колоссальным положительным изменениям в моей жизни: я не просто обрел уверенность в себе и заочно примирился с родными. Через несколько лет я уже основал свой институт, добился того, чтобы расстановки как метод психотерапии и консультирования были признаны в России, организовал множество обучающих семинаров, конференций, конгрессов, в том числе и международных…

И все это благодаря несложному (на первый взгляд) действию. Двадцать минут наводящих вопросов, распределение ролей, общение, диалог, ощущение – сначала черного провала и практически помрачения разума, затем – полета… Полное ощущение того, что мой отец – рядом со мной, я говорю с ним, он отвечает мне, я впервые в жизни слышу ответы на свои вопросы. Потрясение – ужас – восторг – потрясение – слезы – радость…

Я смог пережить заново самые важные моменты детства. Только в возрасте чуть больше тридцати лет мне удалось прийти к своему отцу, обрести то, чего я так долго был лишен. Объяснить происходящее, понять себя. Тогда, много лет назад, короткая расстановка перевернула мою жизнь. Подарила мне – меня и связь с ресурсами моего отца и моего рода.

Именно расстановками я занимаюсь уже почти двадцать пять лет. С моей точки зрения, это лучший способ решения всех тех проблем, с которыми обычно приходят к психологам и психотерапевтам.

Расстановки прекрасно работают как инструмент для разрешения множества затруднительных ситуаций, таких как проблемы со здоровьем и неумение общаться, супружеские ссоры и конфликты с детьми, ну и, конечно же, то самое «чего-то хочется, но я не знаю чего». Дело в том, что в основе такого ощущения часто лежит какая-то вполне конкретная причина, которую человек просто еще не осознал – и вряд ли сможет осознать, если ему не помочь. А клиент-центрированная расстановка, подобно зеркалу, помогает увидеть и осознать то, что в обычной жизни очень трудно увидеть.

Интересно, что, когда я прошу своих сотрудников, учеников, клиентов или просто знакомых дать определение методу, к единому мнению мы не приходим практически никогда. «Расстановка – это расстановка» – вот, наверное, одно из самых гениальных определений, которое мне довелось однажды услышать!

Собственно, ответом на этот вопрос будет вся книга. А пока скажу так:

• расстановка – это встреча с собственными корнями, со своей душой, с собственным бессознательным и той информацией, которая в нем хранится и определяет, что мы воспринимаем, что чувствуем и как реагируем, действуем в нашей жизни;

• это возможность лицом к лицу встретиться со своей проблемой, которая часто оказывается совсем не твоей;

• это возможность посмотреть со стороны на себя, на окружающих, на проблемную ситуацию и увидеть ее перед собой, как в зеркале;

• это обретение новых возможностей, скрытых ресурсов – и в конечном итоге обретение самого себя!

И все-таки, что такое расстановка с точки зрения психотерапии?

Люди, которые играют других людей

Здравствуйте, я ваш родственник!

Классическая картина для начала процесса расстановки: