Он снял свой плащ и наручи, и колчан, в котором не заканчивались стрелы к Тулмарилу, и тоже бросил их в кучу.

— Ты не хочешь убить эту тварь?

— Ох, друг мой… хочу…. - ответил Дзирт. — Но мы не можем. Когда я увидел вас двоих, то понадеялся, что мы сможем победить чудовище, поскольку никогда не видел кого-то сильнее Ивоннель. Но ей лучше знать, и она только что сказала, что даже мы втроём не сможем одолеть этого голема из Бездны.

— Тогда драпай, — угрюмо сказал дварф. — Чё ты раздеваешься? Думаешь, твоя лошадка быстрей поскачет?

— Я поскачу, — сказал Дзирт, не ответив на самом деле на вопрос. Он поднёс свисток к губам и подул, вызывая Андахара.

— У единорога осталось мало времени, но этого хватит, надеюсь, чтобы добраться до нужного места. Вы с Ивоннель держитесь подальше от чудовища. Оно последует за мной.

— Эльфёнок…

— Ради тебя, ради меня и ради беженцев, которых вы укрыли. Не знаю, заметит ли оно вас. Я уже видел случаи, когда эти существа нападали на преградивших им путь, и видел, как они просто пробегали мимо. Если оно нападёт на вас, оно убьёт тебя, Ивоннель и всех, кого вы защищаете.

— Ну так чё ты хочешь сделать? Есть план?

— Сохрани мои вещи, — вот и всё, что ответил Дзирт. Он стянул сапоги и мифриловую рубаху и бросил их в кучу, оставшись в одних штанах с со свистком на серебряной цепочке вокруг шеи. — Отдай всё это Бренору и Кэтти-бри, если я не вернусь. Я надеюсь на победу, но даже если нет — чудовище не сможет доставить меня своему хозяину, и навлекать погибель на тех, кого я люблю, я тоже не собираюсь.

Появился большой единорог, подбежал к Дзирту. Тот схватил скакуна за гриву и грациозно взлетел ему на спину.

— Верь мне, — сказал он Атрогейту, улыбнулся и подмигнул, а потом помчался прочь.

Атрогейт смотрел вслед единорогу и всаднику.

— Дзирт найдёт способ, — прошептал он.

Ивоннель могла только надеяться на это. Он задумалась, принадлежит ли ещё трон Гонтлгрима Бренору, и остался ли вообще в Гонтлгриме трон.

Глава 25

Она — мой друг

Они с Далией крались по тёмной, безлюдной гостиной на нижнем этаже особняка Маргастеров, и Реджис подумал, что с тем же успехом можно было просто войти через парадную дверь. Здание не слишком хорошо охраняли — да и зачем, ведь оно находилось в городе, где правил закон и преобладали такие дома. Впрочем, стражники здесь, разумеется, были. Реджис с Далией видели нескольких, отдыхавших у кареты под навесом, сбоку от полукруглой подъездной дороги.

Реджис пересёк комнату и приложил ухо к двери, потом приоткрыл её. Он отступил назад, бесшумно затворив дверь и знаками показав Далии, что снаружи находятся ещё двое стражников — дальше по коридору между этой и второй дверью.

Далия указала на него и дала знак шевелиться, затем направилась ко другой двери.

Сделав глубокий вдох, Реджис взял свой ручной арбалет и выскользнул из комнаты, пытаясь представить самое оптимальное развитие событий.

Два стражника оказались перед ним; худой мужчина, оживлённо болтающий, размахивая руками и приплясывая на месте, и плотная женщина, прислонившаяся к стене и старавшаяся изобразить интерес — довольно неудачно, по мнению Реджиса.

Он прокрался ещё один шаг, надеясь подобраться поближе, но мужчина заметил его и резко повернулся к нарушителю.

Выстрелил ручной арбалет, дротик попал стражнику в грудь. Тот схватился за рану и попятился на подкашивающихся ногах. Он хотел закричать, но сумел исторгнуть лишь одно неразборчивое слово — сонное зелье уже делало своё дело.

Реджис не остановился, чтобы полюбоваться выстрелом или его результатом. Он бросился вниз по коридору, и как только женщина осознала, что происходит, она обернулась и прямо у своего горла обнаружила кончик рапиры. Полурослик прижал к губам указательный палец второй руки.

Женщина подняла руки, показывая, что сдаётся, но это было неважно — Далия тоже пришла в движение.

Реджис взвизгнул и отскочил назад, когда его спутница неожиданно нанесла удар. Её нунчаки ударили череп стражницы, окатив Реджиса кровью, осколками кости и кусками мозга. Женщина рухнула на пол, как будто на неё наступила тарраска.

— Зачем ты это сделала? — пролепетал Реджис.

— Шшш!

— Она сдалась! — прошептал Реджис.

— И?

— У неё могли быть полезные сведения, — сказал полурослик, хотя в действительности дело было в другом. Были у неё сведения или нет, он не хотел вредить стражникам. Он посмотрел на рухнувшую женщину, которая ещё стонала, и подумал, что её может спасти плотная перевязка.

— Даже не думай, — предупредила Далия, как будто прочитав его мысли, что на самом деле было не так уж сложно, понял Реджис.

— Мы не можем дать ей…

— Можем. Мы здесь не просто так.

Реджис попытался взять себя в руки.

— Думаешь, она бы тебя пощадила, поменяйся вы ролями?

— Это неважно. Мы должны быть лучше, иначе в чём смысл?

— Смысл в том, что мы пришли спасти Артемиса Энтрери, которого забрали у нас эти люди. Ты забыл, что ли?

— Ничего я не забыл!

— Ну так заткнись, — посоветовала Далия. — И забудь про милосердие, иначе погибнешь.

Она зашагала прочь.