Но Бетанкур ничего этого не замечал. Он полностью был поглощён работой. Через полтора года после назначения на пост генерального инспектора дорог и каналов он написал обширную записку под названием «Замечания относительно состояния дорог и каналов в Испании, причин отсталости и дефектов и способы преодоления их в будущем». 28 апреля 1803 года он вручил её в Аранхуэсе первому министру королевства дону Педро Севальосу Герра. Особое внимание в ней уделялось сухопутным путям, построенным в 1799—1802 годы, а также давались обстоятельные рекомендации по дорожному строительству. Запиской заинтересовался сам Мануэль Годой: некоторые страницы он перечитал по нескольку раз.

Выводы, сделанные Бетанкуром, оказались убийственными для правительства: сметы на строительство почти всех дорог были значительно завышены, большая часть денег расходовалась не по назначению, мосты строились не там, где было необходимо, а там, где подрядчик мог больше заработать. Все новые дороги признавались недолговечными.

КОНФЛИКТ МЕЖДУ БЕТАНКУРОМ И ЛАНЦЕМ

В 1801 году Бетанкур посетил Мурсию: там в городе Лорка авария на плотине привела к большим человеческим жертвам только потому, что своевременно не была произведена реконструкция плотины на реке Сангонера. Всё это Бетанкур отметил в докладе правительству и заключил, что подобного не случилось бы, если бы в стране были грамотные инженеры путей сообщения. Нужно было как можно скорее создать свою, испанскую школу дорожных и водных коммуникаций. И правительство пошло на это.

В начале существования школы Корпуса инженеров дорог и каналов (1802—1808) преподавание в ней вели Августин де Бетанкур, Хуан Лопес де Пеньяльвер, Хосе Чэ и Хосе-Мария де Ланц. Обучение длилось два года. Первый приём состоялся 26 октября 1802 года. Экзамен сдавали одиннадцать человек. Выдержали только семь. При этом лишь пять были зачислены. Занятия начались в ноябре и проходили в помещениях Королевского кабинета машин. Для учебного процесса катастрофически не хватало литературы. Бетанкур и Пеньяльвер срочно перевели с французского на испанский «Начертательную геометрию» Гаспара Монжа и «Трактат по элементарной механике» Луи-Бенжамена Франкёра.

В 1803 году обе книги появились в свободной продаже, хотя на каждой из них стояла надпись: «Переведена на испанский язык для использования в Учебном заведении Генеральной инспекции путей сообщения». Второй приём состоялся в 1803 году по изменённым правилам: набор в школу Корпуса инженеров дорог, каналов и портов проводился для абитуриентов не моложе двадцати лет. Что касается экзаменов, то они сдавались по тем же предметам, что и раньше. Вступительные испытания продолжались две недели. Решение о зачислении в корпус принимал сам Бетанкур после дополнительного собеседования, и только в исключительных случаях, если он отсутствовал, этим мог заниматься Хуан Лопес де Пеньяльвер.

Занятия начинались с 1 по 20 ноября и заканчивались 31 июля. Только начало первого семестра пятого приема было перенесено на 1 января 1807 года в связи с командировкой Ланца во Францию.

Первоначальный план обучения, рассчитанный на два курса, был составлен Бетанкуром. На первой ступени читались такие предметы, как механика, гидравлика, математика, начертательная геометрия, земляные работы, стереометрия, черчение. На второй — наука о материалах, построение машин, мосты, реки, строительство дорог и каналов, сведения о навигации и эксплуатации. Также в плане каждого весеннего семестра была предусмотрена практика по получаемой специальности.

В 1804 году Хосе-Мария де Ланц предложил внести в программу дополнения. По предоставлению Генеральной инспекции путей сообщения 11 апреля того же года они были утверждены Карлом IV. Однако с новшествами категорически не согласился Бетанкур.

Дело заключалось в следующем. Ещё во Франции Ланц изучал педагогику и был знаком с методикой преподавания отдельных дисциплин в Парижской нормальной школе. Из-за недостатка у студентов знаний по математике в школе Корпуса инженеров дорог, каналов и портов Ланц решил читать эту дисциплину не только на первом курсе, как раньше, но и на втором. Для этого он пригласил двух профессоров по своему выбору. Поведение старого друга затронуло самолюбие Бетанкура: он не имел ничего против чтения математики на втором курсе, но был обижен тем, что Ланц не согласовал с ним, директором школы, кандидатуры преподавателей. Конфликт разгорелся быстро и довольно скоро, покинув стены Буэн-Ретиро, перешёл в кабинеты высоких чиновников в королевском дворце.

Ланц считал, что Бетанкур, как механик и гидравлик, не может в полной мере оценить глубину и талант математика. Это заявление вывело Бетанкура из себя. Он в грубой форме ответил, что директор школы Корпуса инженеров дорог, каналов и портов может оценить любого преподавателя куда лучше, чем рядовой профессор. Досталось от Бетанкура и Пеньяльверу — его Ланц пытался привлечь на свою сторону.