Читаем Бесстыжая полностью

— Возможно, ты слышала также, что там правит султан Абдул Камар Хассамид. Это настоящий деспот. Чтобы снимать на территории султаната, потребовалось получить его личное разрешение. Мы будем жить в камарском «Хилтоне». Ты получишь за работу десять тысяч фунтов. Что ты на это скажешь?

— Я скажу: «Когда выезжаем?» — радостно ответила я.

— На следующей неделе. Захвати одежду, закрывающую ноги и руки, а также шляпу с полями. Во-первых, женщины там одеваются именно так, а во-вторых — и это самое важное, — твоя кожа не должна менять цвет. Не вздумай загореть, пока не закончу тебя снимать!

Я обещала. Положив телефонную трубку, я бросилась отыскивать Камар на карте. Несмотря на мизерный размер территории, его называли «стратегически важным», потому что он граничил с двумя другими государствами и имел выход к морю. В справочнике содержалось множество всяких сведений, цифр, а также говорилось, что султанат быстро модернизируется за счет огромных поступлений от экспорта в западные страны, но старается сохранить при этом традиционный образ жизни. В справочнике упоминалось также о раскопках на территории Камара, в ходе которых были обнаружены остатки древних цивилизаций. Я закрыла глаза и задумалась о Стиве, что редко себе позволяла. Я ехала туда, где он работал. А вдруг… а вдруг?

На следующей неделе мы вылетаем в Камар с Саксом, бригадой операторов и одной женщиной по имени Дженис, которая походила на тюремную надзирательницу и была представительницей фирмы «Мата Хари». Я чуть с ума не сошла от восторга, когда она показала мне все эти крошечные шедевры ручной работы, изготовленные из минимального количества атласа и кружева. Все они были рассчитаны на то, чтобы мужчина, увидев их, захотел бы немедленно снять их с женщины.

В аэропорту нас встречала группа из десяти солдат камарской национальной гвардии. Возглавлявший их офицер окинул взглядом мой белый дорожный костюм с глубоким вырезом и шляпу с полями и проворчал что-то. Надеюсь, это было одобрение. Когда он попытался осмотреть Дженис, она обругала его так, что он немедленно ретировался.

У него было труднопроизносимое имя, которое звучало похоже на «Уильям» — так я и буду его в дальнейшем называть. У этого типа лет сорока была такая разбойничья внешность, что казалось, ему не хватает только ножа в зубах.

Сакса и меня усадили в лимузин с кондиционером, Дженис и остальных — в другой. Уильям указал на встроенный бар с напитками и предложил нам чувствовать себя гостями его величества. Солдаты разместились в двух джипах — один впереди, другой позади наших лимузинов, — и мы помчались по пустыне со скоростью сто миль в час.

В камарском «Хилтоне» мне был предоставлен номер из нескольких комнат, декорированный в черных и золотых тонах. В номере была роскошная ванна с кранами из чистого золота. Огромных размеров кровать была застелена черным шелковым бельем, над кроватью висел портрет очень толстого старого человека в парадном мундире, который был ему явно тесноват. Он стоял на фоне флага. Подпись внизу гласила: «Его величество султан Абдул Камар Хассамид III». Я была разочарована. Он выглядел совсем не так, как, в моем представлении, должен выглядеть султан.

В тот вечер мы с Саксом ужинали на моем балконе и любовались закатом, окрашивавшим море в рубиновый цвет. Сакс был приятным собеседником и весьма привлекательным мужчиной, и я подумывала, не ответить ли мне на его явные заигрывания. Но решила не делать этого сегодня. Я устала с дороги, и мне не терпелось проверить, хорошо ли спится на этих черных шелковых простынях. Я одарила его многообещающим поцелуем и пожелала спокойной ночи.

На следующий день мы начали работать на том участке пляжа, который был зарезервирован специально для нас и охранялся солдатами от непрошеных гостей. Я разделась в специально поставленной круглой кабинке и надела на себя атласную короткую «тедди», которую подала мне Дженис. Как только я вышла из кабинки, Уильям прорычал какие-то приказания, и солдаты повернулись ко мне спиной. Все, кроме самого Уильяма, глаза которого буквально вылезли из орбит, хотя он старался сохранить на лице невозмутимое выражение.

Я улеглась на белый песок под ярким зонтиком и, следуя указаниям Сакса, поворачивалась то так, то эдак. Потом я переоделась в комбинезончик с короткими шортами из ярко-вишневого атласа, узкий лиф которого обрисовывал мою талию и приподнимал груди. Появившись из кабинки, я с удивлением увидела, что Сакс держит в руке поводья огромного белого жеребца.

— Его зовут Снежок, — сказал он мне.

— Что мне с ним делать?

— Конечно, сесть на него верхом, — с самым невинным видом сказал Сакс.

— Ты спятил.

— Мне казалось, что лорд Дайсон научил тебя верховой езде.

— Я научилась только держаться в седле. И я не умею ездить с голым задом, — запротестовала я.

— Дорогая, не капризничай. Ты только попробуй сесть на него на минутку, а я придержу его за поводья, — принялся уговаривать меня Сакс.