Читаем Бессмертник полностью

Она сняла босоножки, оставила их на берегу, а сама вошла в воду. К горлу подкатила тошнота. Там в воде труп, какая же гадость. Нора задержала дыхание, будто это могло помочь, и по локоть засунула руки в воду. Стоит попросить, и вода сама вынесет требуемое. Столетница закрыла глаза и сосредоточилась. Мысленно прощупывала дно от кончиков своих пальцев, забираясь всё глубже в пруд.

Кости покрылись илом и почти ушли в песок, но Нора почувствовала их. Они лежали там очень давно. Вода подсказала, что прошло пятнадцать лет. Этот человек приходил один, был очень серьёзен. Выпил какой-то отвар и сразу прыгнул в воду. Не забыл произнести нужные слова. Отвар разорвал тело изнутри, а душа ушла в Ладный мир и стала морочить людей там. Страшный-страшный человек лежал тут много лет и отравлял воду. Нора поёжилась. Надо было достать кости, чтобы сжечь их, чтобы вода от них освободилась.

Девушка представила, что руки у неё стали водой, что сейчас окутывала локти и легко плескалась вокруг. Эти руки могут всё. Они зачерпнули ил вместе с костями Ската Иваныча и понесли их к берегу. Нора пятилась, вытаскивая на солнце древний труп. Уже показался зеленоватый череп и широкая грудная клетка.

– А тебе не говорили, что столетницы не могут вредить? – Голос был такой громкий, что Нора от неожиданности отпустила водяные руки, и кости упали возле самого берега. – Не имеют права. И ты никогда не избавишься от глаз и никогда не получишь рога. Ты уже наломала дров!

Нора в ужасе озиралась по сторонам, но не могла понять, кто говорит. Голос был очень знакомый и одновременно не похожий ни на чей.

– Косячная столетница, – продолжал говорить незнакомец. – Тебе нет места среди слуг Великого дуба. Ты изувечила душу, что просила помощи, помогла уничтожить своих же друзей.

Нора, оскальзываясь, выбралась из воды и поднялась по берегу к полю.

– Покажись! – закричала девушка. – Кто ты?

Поле молчало, лишь покачивало на ветру сорной травой.

– Столетницы не убивают, не причиняют вред. – Голос прозвучал над самым ухом.

– Я никого не убивала! – Нора почувствовала, как глаза наполнились слезами. – Таиса уже была мертва.

– Не помогла подруге, – повторил голос. – Не помогла другу. И новых знакомых сейчас подставишь.

Нора зарыдала, закрыла уши руками, упала на колени.

– Тая погибла из-за Ската Иваныча, Сашу убил Скат Иваныч, ворона убил Скат Иваныч! – ревела в голос девушка. – Я пыталась их спасти, я делала всё, что могла!

– И сделала только хуже. – Голос проникал сквозь стиснутые на голове руки, залезал в самый центр мозга и сеял семена сомнения. – Косячная столетница, неправильная. Без подсказок не умеешь. Слушать прошлые жизни не можешь.

– Нора. – Девушка разлепила глаза, рядом сидел кот. – Ты опять пытаешься примерить на себя чужое мнение?

Нора икнула, отпустила уши и вытерла глаза. Кота не было. Возможно, ей это всё показалось. Голос продолжал шептать, травить душу. Девушка обернулась к пруду. Кости лежали на берегу, вода вытолкнула их подальше от себя.

Столетница поднялась, подошла к черепу Ската Иваныча. Голос стал громче, навязчивее, злее.

– Он решил уничтожить всех медведей и начал с себя, – сказала себе Нора и подняла голову к солнцу. – Поможем ему закончить?

Горячий луч коснулся щеки и прошёлся по всем костям, зажигая весёлый огонёк.

– Ты меня уже впустила. – Нора почувствовала, как в голове что-то щёлкнуло, заболело.

От неожиданности Нора согнулась, сжимая руками голову. Боль рвала её на части. Перед глазами вспыхивали образы, среди которых Нора узнала Брюта. Стражник лежал на земле, тяжело дыша, а на него наседал Скат Иваныч. Нет, Вячеслав Буров, один из медведей, которыми так дорожил кот.

* * *

Ворон пытался пробиться сквозь густое облако пыли, но порывы воздуха раз за разом отбрасывали птицу к стене. Крадник давно сбежал, странный дед тоже исчез. Остался только Скат Иваныч, родственник, от которого стоило держаться подальше. Но не сейчас. Ворон в очередной раз проклял своё пернатое тело и невозможность пользоваться ладной силой, как раньше. Он не мог понять, жив ли Брют, что вообще происходит за пылевой завесой. Последнее, что видела птица: Скат Иваныч собрался из той же пыли за спиной стражника и с силой толкнул его в облако.

– И как выковыр-ривать теперь этого хлюпика оттуда? – ворчала птица. – А ведь ещё сам хотел идти. Чтобы его в пер-рвые же пять минут пр-рибили. Ничему жизнь не учит.

Ворон предпринял ещё одну попытку попасть в облако. Поднялся к верхним этажам, выбрал самый центр и свечкой ринулся вниз. Острый клюв вонзился во что-то крепкое, не похожее на землю. Этим оказался занесённый кулак Ската Иваныча. Морок мороком, а тело в Ладу он себе сделал. Брют лежал на земле без сознания.

Скат Иваныч взвыл и скинул ворона на землю, птица кубарем полетела по засыпанному пылью асфальту. Быстро подскочила и снова бросилась в атаку. Скат Иваныч отвлёкся на проткнутый кулак. Облако пыли рассеялось.

– Хор-рош мальчика лупить! – Ворон напал на воеводу сверху. – Он и так на голову ушибленный, последние мозги выбить хочешь?