Читаем Бессмертие. Молодым можно жить тысячи лет. Книга 2 полностью

Я совершенно уверен, что не может в жизни быть такого случая, когда психологическая поддержка была бы бесполезной. Поэтому, в отличие от любого лекарства и метода лечения, она является панацеей от всех болезней, от всех бед и несчастий. И поэтому всю медицину необходимо перестроить на ее базе. Ведь что такое сегодняшняя мировая медицина? Не что иное, как ветеринария, лечащая кошек, собак и коров. Удивлены? Поясню свою мысль. Она не использует возможности воли и мысли человека. А если духовные силы человека не задействованы, то получается как раз ветеринария.

«Завтра». Вы экспериментально доказали, что мысли сознательного человека о себе изменяют структуры души и анатомические структуры физического тела, могут перевести человека на жизнь по закону Вселенной постоянного непрерывного развития, при котором старение отсутствует, могут создать новую молодость и продлить жизнь.

Георгий Сытин. Мой метод не раз проверялся Минздравом СССР, Институтом биофизики АМН, НИИ судебной психиатрии им. В. П. Сербского. Выводы авторитетных комиссий недвусмысленны: метод признан состоятельным и эффективным. Но применение его сдерживалось консерватизмом некоторых представителей нашей официальной медицины.

«Завтра». Ваши предложения по общей государственной стратегии оздоровления России были одобрены, но и только.

Георгий Сытин. Сегодня Российское государство несет огромные потери во всех областях жизни общества из-за того, что в нашей стране психологов в сто раз меньше, чем в Америке.

Мы становимся свидетелями того, как старение обгоняет выздоровление. Решить эту проблему лекарственными средствами невозможно. Помочь может только исцеляющая медицина. Человека необходимо убедить, что он может самостоятельно ускорять свое выздоровление и замедлять старение.

Мысль человека о себе творит тело, причем как здоровое, так и больное. Ошибка современной медицины в том, что она пытается лечить человека в отрыве от его мыслей. Такая медицина не имеет научной основы. Тот, кто назначает лечение, должен быть воспитателем, специалистом в области темперамента, характера, способностей, воли, самовоспитания и всей духовной сферы человека, а не только в области строения физического тела. Нужно лечить не болезнь, а больного. Это древний и никем не оспариваемый принцип медицины. Но на практике про него постоянно «забывают».

Исцеляющая медицина дает человеку в готовом виде мысли, которые устраняют возникшие нарушения в организме и восстанавливают здоровье.

«Завтра». В ваших настроях есть что-то общее с народными нелекарственными методами лечения (заговорами) или молитвами? Ведь там тоже идет воздействие словом.

Георгий Сытин. Естественно, я потратил много времени на изучение всевозможных заговоров и молитв, общался с разного рода целителями, знахарями, шаманами. Не раз на моих глазах происходило исцеление больных. Но мои настрои – это нечто другое. Молитва не имеет физиологического и анатомического содержания. Психолингвистические исследования моих текстов-настроев показали, что их построение кардинально отличается от построения известных молитв, заговоров или текстов, которые используются в психотерапии.

В процессе создания настроев я проверяю, как человеческий мозг и организм реагируют на них. Испытуемый сидит, как космонавт, с датчиками, снимающими показания биоэлектрических потенциалов – свидетельства реакции организма на содержание мысленной информации. Никакой мистики, чудес. Все основано на строгой науке – на учении И. П. Павлова о речи как второй сигнальной системе, управляющей всей жизнью тела. С помощью исцеляющей мысли можно оказывать целенаправленное воздействие на тело и даже восстанавливать разрушенные анатомические структуры.

«Завтра». Вы работали с космонавтами и спортсменами, с труппой Большого театра и членами Политбюро…

Георгий Сытин. Герой Советского Союза летчик-космонавт Виталий Жолобов, которого я буквально вернул к жизни после космического полета, так говорил о моей работе: «Настрои Сытина и его работу нельзя измерить никакими научными степенями и званиями, никакими наградами. Медицина может гордиться, если она хотя бы через сто лет приблизится к тем результатам, которые он творит повседневно».