Читаем Бессмертие полностью

— Может быть. Пока я знаю одно: чтобы получить достаточное количество античастиц, мне потребуется столько энергии, что я вынужден буду временно отключить наш защитный экран. Несмотря на это, я пойду на этот риск. Время торопит. Структурный зонд через одни и те же промежутки времени повторяет одну и ту же программу.

Но как надолго хватит еще терпения Бессмертного? До сих пор он считал важным, чтобы у кандидатов не было для решение проблемы времени больше, чем он определил для этого.

Сколько времени он отмерил здесь?

Родан построил микроускоритель для античастиц. Для этого ему потребовалось два дня по земному времяисчислению.

За эти два дня техническое наблюдение четырежды регистрировало холостой ход того или иного генератора защитного поля. Эффект длился не дольше, чем десять секунд, и поскольку все были подготовлены к этому, удалось уберечь «Звездную пыль» от повреждений.

Однако, каждый раз после такого холостого хода на телеэкранах были видны пятна света, которые, как считал Родан, относятся к пространству высшего порядка.

На третий день после начала работ Родан захотел получить свои античастицы. Микроускоритель, который гиперпередатчик в определенном смысле использовал в качестве колебательного контура, выполнял одновременно функции накопителя. Введенные протоны удерживались на круговой орбите в течение лет с одинаковой энергией.

В принципе Родану мог бы только один единственный раз потребоваться ток от античастиц и с их помощью он мог бы использовать свой новый ускоритель также в течение многих лет. Но поскольку античастицы слишком охотно соединялись с обычными частицами и в результате излучения их массы пропадали, антиускоритель пришлось бы «заряжать» чаще. — Только бы это принесло нам пользу… — озабоченно бормотал Родан.

Почти в течение часа «Звездная пыль II» находилась без какого-либо защитного экрана, кроме того, который создавали нейтрализаторы силы тяжести. Мощность привода была уменьшена, и корабль обеспечил себе более прочную опору тем, что погрузился в мягкую подпочву на глубину почти пятидесяти метров.

Несмотря на это, положение было критическим. Огромное тело корабля с его большой поверхностью было для бури хорошей мишенью для нападения. Родан отослал всех членов экипажа на их посты и отдал распоряжение о том, что его попытка должна быть немедленно прервана, если корабль подвергнется серьезной опасности.

Потом началось ожидание.

Это было неприятное ожидание. «Звездная пыль», освобожденная от какого бы то ни было защитного покрова, раскачивалась, словно пароход во время бури.

Но прошел час, а корабль не получил серьезных повреждений.

Второй микроускоритель был готов к работе. Родан и Крэст встроили его в структурный зонд, зная, что новый колебательный контур, соединенный со старым, мог принимать, а также испускать поляризованное по кругу гравитационное излучение и что тем самым радиус действия прибора повышался на одно измерение.

— Когда должна быть следующая передача? — спросил Родан.

— Через две минуты, — сказал Булль.

Родан встал.

Переборка раздвинулась, и вошла Тора. Не говоря ни слова, она села рядом с Крэстом и тоже ждала.

— Теперь должно начаться, — произнес Родан.

И это началось.

На экране осциллографа вздрогнуло пятно света, пробежало по экрану, создавая на какую-то долю секунды впечатление, что собирается превратиться в такой же бессмысленный рисунок, какой оно рисовало уже сотни раз.

Но потом оно раздумало. Образовалась синусоида, пересекшая экран. Она вспыхнула раз, два раза, потом застыла на месте. На кривой можно было отчетливо заметить модуляцию в тонких, неравномерных горбах кривой.

Прошло шестнадцать секунд. Телеэкран погас. Родан смотрел на него, словно не веря увиденному. Крэст неуверенно встал и подошел к Родану.

— Это не по мне, — серьезно сказал он, — говорить громкие слова, но…

— Потом! — перебил его Родан почти грубо. Крэста с испугом смотрел, с какой силой вновь забурлила активность Родана.

— Булли! Танака Сейко должен немедленно придти сюда! Крэст, помогите мне. Мы должны показать Танаке эту передачу.

Структурный зонд был переключен. Появился Танака и с удивлением смотрел на всех. Родан использовал слайд с записью последней передачи как шаблон и заставил зонд воспроизвести то же самое, что он принял за несколько минут до этого.

— Слушайте, Танака! — приказал он японцу. — Скажите мне, можете ли вы что-нибудь услышать!

Он включил прибор. С первых же секунд не осталось никакого сомнения в том, что Танака что-то уловил. Он наклонился вперед в характерной для него неподвижной позе; казалось, он в любой момент готов выпасть из кресла.

Когда шестнадцать минут прошли, он еще некоторое время оставался сидеть так. Спустя несколько минут он упал в кресло, глубоко вздохнул и огляделся вокруг удивленными глазами.

— Это можно было очень ясно понять, сэр, — сказал наконец Танака. — Мне еще никогда не удавалось расшифровать послания так легко.

— О чем в нем говорится?