Читаем Бесков полностью

Теперь обратимся ко «взгляду со стороны». Пусть А. П. Старостин и составлял с Бесковым одну связку, будучи начальником сборной, — всё-таки верный соратник воочию видел тренера в момент жесточайшего испытания: «Он принял неожиданный удар стоически, только сначала побледнел, потом покраснел, но как член президиума не ушёл с заседания и до конца Голгофы пронёс свой крест, вместе со всеми проголосовав за снятие с повестки дня пункта об утверждении плана дальнейшей подготовки сборной команды к чемпионату мира в Англии. Кстати, несколько часов назад согласованного им с председателем федерации Н. Н. Ряшенцевым».

Не находите, что мы имеем дело с личностями совершенно разного уровня? Уровень первый: бескорыстное радение за вверенное дело, которое никак нельзя бросить на полдороге, при отчаянном, во многом наивном стремлении доказать, объяснить и втолковать. Уровень второй: неприкрытое желание аппаратным образом разобраться с вечно молодым энтузиастом при минимальных нервных затратах. Заметьте, Ряшенцев заинтересованно обсуждал с Бесковым грядущий план работы сборной. И Бесков поверил чиновнику! Оттого-то на заседании он то краснеет, то бледнеет. Являя тем не менее образец не только порядочности, но и неподдельного мужества. Действительно, кто второй раз возьмёт слово, когда всё и всем предельно ясно?

Этим Бесков не ограничился. После заседания он подошёл к Ю. Д. Машину и напомнил его собственные слова: «Время у вас есть, готовьте сборную к мировому турниру 1966 года, мы вам верим». Самый высокий спортивный начальник страны, однако, предаваться воспоминаниям не захотел и поспешил ретироваться.

Константин Иванович использует последнюю возможность. Тренер рассудил: «Я — коммунист. К делу отношусь так, как должен относиться коммунист. Значит, мне следует обратиться в Центральный комитет КПСС, там разберутся по справедливости».

Идеологическими вопросами в ЦК ведал Л. Ф. Ильичёв. На приём к сановнику рядовой партиец Бесков пробиться не смог. Все старания увенчал звонок ильичёвскому помощнику. Тот через день передал слова своего босса: «Константин Иванович! И вы без работы не останетесь, и сборная без старшего тренера не останется».

Это означало две вещи. Из партии Бескова не исключат[28]. Работу ему найдут. А вот о сборной лучше поскорее забыть.

Вариант с луганской «Зарей» нашёл добрый друг Андрей Петрович Старостин.

Но прежде стоит объяснить, что собой представляла украинская команда. До 1964 года она называлась «Трудовые резервы». Затем перешла под патронат могучего тепловозостроительного завода и стала «Зарей». В сезоне-64 луганчане заняли 11-е место при двадцати семи участниках во второй группе класса «А» (первом дивизионе, аналог нынешней Футбольной национальной лиги)[29].

По идее, типичный середняк, мечтающий о переходе в элиту, но совершенно не понимающий, как это сделать. В подобной ситуации появление Бескова не могло не вызвать эйфории. «Приезжаю в Луганск, меня очень доброжелательно встречают — и руководители областного спорта, и товарищи с электровозостроительного завода, и команда, — читаем в книге «Моя жизнь в футболе». — Дают карт-бланш — полное доверие: делайте, Константин Иванович, всё, что считаете нужным. Ну а футболисты смотрят такими глазами, словно я сейчас начну изрекать великие истины...»

В этот момент московский специалист мог требовать чего угодно. Например, повышенной зарплаты, исключительных условий проживания, наконец, приглашения известных мастеров. Ничего подобного экс-тренер сборной не попросил, оговорив лишь одно условие: в Луганске он останется на год, не больше. Потому что в столице любимая жена, а также обожаемая дочь, студентка первого курса вечернего отделения Института иностранных языков им. Мориса Тореза, — в их планы переезд из Москвы, естественно, не входил.

Что же касается состава «Зари», то он особых изменений не претерпел. Только верный ученик Кирилл Доронин перебрался из ростовского СКА на Украину, чтобы, по его выражению, «продолжить учёбу в университете Бескова», да из Москвы приехал также поигравший под руководством Константина Ивановича в ЦСКА нападающий Игорь Греков.

И «университет» заработал! Объяснив игрокам необходимость физических нагрузок в предсезонье, Бесков вводит двухразовые тренировки, а чтобы занятия не выглядели нудной обязанностью, они проходят под бодрую, ритмичную музыку. Футболистам же, в сущности, не много и надо: отнесись к ним профессионально и по-человечески — обязательно получишь результат.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

14-я танковая дивизия. 1940-1945
14-я танковая дивизия. 1940-1945

История 14-й танковой дивизии вермахта написана ее ветераном Рольфом Грамсом, бывшим командиром 64-го мотоциклетного батальона, входившего в состав дивизии.14-я танковая дивизия была сформирована в Дрездене 15 августа 1940 г. Боевое крещение получила во время похода в Югославию в апреле 1941 г. Затем она была переброшена в Польшу и участвовала во вторжении в Советский Союз. Дивизия с боями прошла от Буга до Дона, завершив кампанию 1941 г. на рубежах знаменитого Миус-фронта. В 1942 г. 14-я танковая дивизия приняла активное участие в летнем наступлении вермахта на южном участке Восточного фронта и в Сталинградской битве. В составе 51-го армейского корпуса 6-й армии она вела ожесточенные бои в Сталинграде, попала в окружение и в январе 1943 г. прекратила свое существование вместе со всеми войсками фельдмаршала Паулюса. Командир 14-й танковой дивизии генерал-майор Латтман и большинство его подчиненных попали в плен.Летом 1943 г. во Франции дивизия была сформирована вторично. В нее были включены и те подразделения «старой» 14-й танковой дивизии, которые сумели избежать гибели в Сталинградском котле. Соединение вскоре снова перебросили на Украину, где оно вело бои в районе Кривого Рога, Кировограда и Черкасс. Неся тяжелые потери, дивизия отступила в Молдавию, а затем в Румынию. Последовательно вырвавшись из нескольких советских котлов, летом 1944 г. дивизия была переброшена в Курляндию на помощь группе армий «Север». Она приняла самое активное участие во всех шести Курляндских сражениях, получив заслуженное прозвище «Курляндская пожарная команда». Весной 1945 г. некоторые подразделения дивизии были эвакуированы морем в Германию, но главные ее силы попали в советский плен. На этом закончилась история одной из наиболее боеспособных танковых дивизий вермахта.Книга основана на широком документальном материале и воспоминаниях бывших сослуживцев автора.

Рольф Грамс

Биографии и Мемуары / Военная история / Образование и наука / Документальное
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное