Читаем Бесков полностью

Жанровая сцена. Начнём с джентльмена, который вновь становится ребёнком. Пусть давно уж не мальчик — отец семейства, а так хочется поиграть, показать и восхитить. Приобщить к футболу можно, если искренно его любишь. Бесков, мы видим, работает с полной отдачей и, главное, непередаваемым удовольствием. При таком условии и при обожающих игру детях успех не заставит себя ждать.

Но, если заметили, у Шустикова говорится о технике. А как же с незабвенной физической подготовкой? Да прекрасно: «Он всегда зажигал ребят личным примером. На занятиях по общефизической подготовке скажет: “Кросс тридцать минут”, станет во главе группы и ведёт её по безлюдным аллеям, по асфальтовым и песчаным дорожкам, ныряет в овраги, поднимает цепочку по косогору. “Ну как, устали?” — спросит на ходу. Мы смотрим на его слегка раскрасневшееся лицо, видим, что у него почти ровное дыхание, и нам ничего не остаётся, как дружно прокричать: “Нет, Константин Иванович!”».

Какой же мужчина, хоть и юный, признает себя слабаком? Ведь возглавляющий бег учитель ныряет в те же овраги, поднимается на те же пригорки. Тут надо стараться, доказывать, что ты футболист, а не простой смертный. Заодно сразу и функциональная готовность закладывается, и характер формируется.

Кстати, насчёт характера. Приведём свидетельство ещё одного бесковского питомца Г. О. Логофета: «Вот у меня, к примеру, не было ни одной игры, чтобы я на поле не умирал за Бескова. Знаю, что во всех его командах девять из десяти человек испытывали к нему такие же чувства. Да, мы играли за результат, за деньги, но ещё и за тренера. Он как никто умел раскрывать внутренние резервы ребят. Мог при всех отчитать по делу, но так, чтобы это шло на пользу. Как-то ещё в ФШМ я полез в обводку, потерял мяч, и нам забили. На разборе Бесков, глядя мне в глаза, сказал: “Более бездарного игрока в своей жизни я не видел”. С тех пор в сложных ситуациях я всегда бил в “правительство”, как говаривал наш Толя Крутиков, то есть на трибуну».

Заметим, Геннадий Олегович — один из самых своенравных, остроязычных, ершистых футболистов Советского Союза. «Умереть» за родной «Спартак» он был способен, что и доказал многолетней карьерой. А вот «отдать жизнь» за какую-либо отдельную личность, даже суперфутбольную, — это на первый взгляд мало сопоставимое с сущностью Логофета явление. Тем более когда прямо в глаза сказано такое.

Тут видится ещё одна находка Бескова-педагога. Геннадий — юноша из интеллигентной, образованной семьи, всегда отстаивавший собственное мнение, — непременно предпочитал разговор глаза в глаза. Без интриг и шушуканий за углом. Наставник это уловил. Полученный урок защитник усвоил накрепко: перед собственными воротами пускаться в обводку — смерти подобно.

Теперь про упомянутые Логофетом деньги. Жёсткий, прямой, иногда безжалостный Бесков умудрился выбить для «дорогих своих мальчишек» стипендию в 800 рублей. А это соответствовало начальной зарплате выпускника вуза! Чего ему это стоило — представить трудно.

Пора, однако, вернуться к основным составляющим работы Бескова в Футбольной школе молодёжи. Уместно привести значительно более позднее высказывание мэтра спортивной журналистики Л. И. Филатова о «правильном» футболе: «Это значит, что во всех перемещениях по полю игроков и мяча должен чувствоваться разум, футболисты должны отдавать себе ясный отчёт в том, чего они хотят, что делают. И этот разум должен быть выражен на языке футбола — точными передачами, комбинациями, целесообразностью любого приёма, настойчивостью и увлечённостью. “Умный игрок” — это большая похвала в устах Бескова. “Без царя в голове” — это о тех, кому не помогут ни быстрый бег, ни пушечный удар, ни редкостная выносливость. И так должны играть не двое-трое, а все одиннадцать и все запасные».

А вот цитата из книги «Игра нападающих» самого Константина Ивановича:

«Занимая позицию, нападающий должен заранее знать, что он будет делать дальше, когда получит мяч, иметь готовый план действий, иначе любая позиция потеряет свой смысл. Поэтому нападающий, прежде чем выходить на мяч, оценивает обстановку на поле, намечает определённый план действий и только после этого “просит” мяч. Планировать, что делать дальше, когда мяч уже получен, — поздно.

Нападающий учитывает не только возможность удобно получить мяч, но, главное, как он сможет действовать дальше. И если в новой позиции он не сможет сделать ничего для развития атаки, то незачем и начинать выход, незачем “просить” мяч — такое действие будет бесполезным, а иногда может и повредить команде».