Таким образом, начинающий футболист Костя Бесков не стесняется непрерывно напоминать о себе, готов показываться, пробоваться, менять клубы, если это помогает расти в профессии. Вместе с тем, став тренером, Константин Иванович никогда не уходил из вверенной ему команды на лучшие условия. Тем более ни разу не покушался на занятое коллегой «живое» место. Наоборот, с ним безжалостно расставались. Однако всё это ещё впереди. Пока же судьба дарует талантливому нападающему встречу с великим футбольным педагогом и прекрасным человеком — Борисом Андреевичем Аркадьевым.

Творец легендарной «команды лейтенантов» 40-х годов, первый, в сущности, официальный тренер сборной СССР остаётся загадочной фигурой в нашей спортивной истории. Сын известного петербургского актёра Андрея Ивановича Аркадьева, он, как и брат-близнец Виталий, воспитывался в музыкально-поэтической атмосфере. Братья превосходно рисовали, так что многие удивлялись, почему они не выбрали живопись. К счастью, отряд профессиональных художников близнецами не пополнился. Ибо рисовать в стране и так есть кому, зато тренеров такого масштаба по фехтованию (Виталий) и футболу (Борис) до обидного мало. Важно вот что: Аркадьевы в словосочетании «физическая культура» делали упор на существительное.

Борис Андреевич увлекался футболом с 1914 года. Играл на позиции полузащитника, потом правого защитника, в начале 30-х дважды побеждал в первенстве Москвы. А завершив в 1937-м карьеру игрока, стал старшим тренером московского «Металлурга» (бывший «Серп и молот»).

В августе 1938 года этот утончённый интеллигент церемонно, по-старинному обратился к семнадцатилетнему Бескову: «Не согласитесь ли вы, Константин...» Речь шла о переходе в «Металлург», который в том чемпионате СССР боролся за первое место со «Спартаком» и ЦДКА. Константин, естественно, сразу же согласился.

Глава вторая

ПРОФЕССИОНАЛ

Итак, уровень серьёзнее некуда — высшая лига. Что предполагает оплату труда спортсмена. Да, при социализме — что едва построенном, что «развитом» — футбол являлся профессиональным видом спорта. Данный факт старательно и неуклюже опровергался чуть не полвека. Хотя нет ничего зазорного в том, что человек за тяжёлый и травмоопасный труд получает деньги. Как и в том, между прочим, что наставник игроков тоже получает зарплату.

Так дело и обстояло в середине тридцатых. Только вот парадокс: футболистов хватало, а тренеров по большому счёту почти не было. Действительно, Институт физкультуры функционировал, но пока что не выпускал футбольных специалистов. И людей, пусть и без образования, однако потрудившихся в командах высшей лиги восемь — десять лет (такого тренера хотел заполучить, например, один из братьев-основателей «Спартака» Н. П. Старостин), тоже не имелось. Просто потому что чемпионат страны стали разыгрывать лишь в 1936 году. Оттого-то, между прочим, столь востребован был у нас полузабытый ныне чех Антонин Фивебр, ставший вскоре после приезда в Советский Союз в 1935-м государственным тренером по футболу. В этой должности он за три года побывал едва ли не во всех командах, включая юношеские, безустанно разъясняя тонкости игры в мяч.

Оставалось учиться на практике, на ошибках и достижениях, собственных или противника. При этом ответственность за результат никто не отменял. Аркадьев, получивший под начало московский «Металлург», тоже не заканчивал футбольных университетов — являлся тренером по фехтованию. До 1937 года преподавал эту дисциплину в Академии им. М. В. Фрунзе. Но Борис Андреевич был человеком творческим, непрерывно думающим. Природные дарования угадывал безошибочно.

Ещё будучи игроком, Аркадьев обратил внимание на восемнадцатилетнего Григория Федотова, выступавшего на левом фланге атаки. Поначалу на тренировках вундеркинд не мог переиграть опытнейшего защитника. И только когда Грише это стало удаваться, взошла звезда советского футбола. В сезоне-37, первом для «металлургов» в элитном дивизионе, ученик Аркадьева уже блистал на футбольном поле. Причём так ярко, что на следующий год оказался в армии — то есть в ЦДКА. В принципе возраст вполне призывной, однако причина прежде всего в хорошем вкусе армейского начальства.

Бескова Аркадьев приглашает, напомним, в августе 38-го. Косте всего семнадцать, и о непосредственной замене Григорию говорить не стоит. Скорее перед нами работа на перспективу. Но перспективу ближайшую: уже в мае 39-го «Металлург» получит отличного нападающего. Вместе с тем тыловые впечатления юного запасного, без преувеличения, окажут влияние на всю его жизнь в футболе.

Константин провёл на скамейке несколько месяцев. Что-то поменять он не мог — тренер берёг его для следующих баталий. Однако искреннее сопереживание формирует настоящую личность. И начинающий игрок видит не только и не столько, как его товарищи блещут или ошибаются в чисто футбольном плане, но и осознаёт, что они чувствуют при этом.