Читаем Бешеная полностью

– Маргариту Шохину. Ты вообще-то газетки почитываешь? Знаешь, что убитых было три?

– Читала в «Обозревателе». Шохина – это которая?

– Вторая. С косой.

– А… Была фотография. Симпатичная.

– Так ты ее не знала?

– Откуда?

– Она, между прочим, тоже из вашей фирмочки.

– Что, правда? – пьяноватые глазенки таращились так невинно, что Даша поневоле девчонке верила. – Не знала я никакой Риты Шохиной, честное слово. Думаете, у нас планерки собирают? Профсоюзные собрания с премией за перевыполнение итогов года? Ничего похожего. Никто никого не знает. Если уж вы раскопали насчет фирмы, должны бы знать… Видела я пару раз других девчонок, в…

– В «костюмерной»?

– Ага. Только общаться, а тем более знакомиться нам не рекомендуется. Категорически.

Даша билась с ней еще с четверть часа. И вынуждена была признать: практически все, что говорила девчонка, весьма и весьма походило на правду. Усачева Анжелика и в глаза не видела, а из всего персонала знала лишь вербовщика, некогда сманившего ее на «курсы фотомоделей» (впрочем, шустрая современная девочка моментально разобралась, что к чему, и о вербовщике вспоминала без малейшей неприязни, наоборот), «костюмершу» и двух шоферов, возивших к клиентам. Конечно, многого она определенно не договаривала, замыкалась, как улитка в раковине, едва речь заходила об именах, адресах и словесных портретах. Запугали, надо полагать, изрядно, как в таких заведениях, независимо от разряда, и принято. Даша не раз, допрашивая эскортниц, сталкивалась с таким именно поведением, сложился уже стереотип… Разве что держалась юная Анжи гораздо увереннее и наглее, чем шлюшка «массового разлива» – должно быть, не без влияния работодателей, заверявших, что их заведение на голову превосходит все прочие.

Правда, от знакомства с Шохиной (да и с владельцем того «мерседеса») открещивалась усиленно.

А нажать на нее как следует Даша, конечно, могла, но не хотела – потому что не видела перспективы. В конце концов она занималась не фирмой Усачева, в ее задачу не входило полное и окончательное разоблачение обаятельного доктора (который к тому же все еще не годился для очных ставок).

– Послушайте… – почти прошептала вдруг Анжелика. – И первая, вы говорите, тоже? Что, если он режет наших?

– Очень даже возможно, – сказала Даша. – Может даже оказаться, что насчет Ольминской он немного напутал. Перепутал ее с тобой отчего-то…

Она видела, что девчонку, несмотря на выпитое, охватил неподдельный страх – но не собиралась утирать носик и нежно утешать.

– Вот и думай, – сказала Даша. – Если ты мне что-то наврала, посадить тебя за это не посадят, а вот с другой стороны можешь огрести кучу неприятностей… И попасть в газетки, которые ты уже никогда не прочитаешь… – она встала и сделала ручкой. – Пока, Анжи. Придумаешь что-нибудь умное – позвони…

Выйдя из квартиры, она постояла, прислушиваясь, – судя по всему, меж подругами разгорался скандальчик. Ухмыльнувшись, Даша достала перочинный ножичек и немного повозилась с телефонным проводом, приведя его в негодность так, чтобы при беглом осмотре снаружи нельзя было заметить – пригодилась служба в частях связи…

Плюхнувшись на сиденье рядом с сержантом, выдохнула:

– Федя, делай ноги! Отъезжай вон туда…

Ждать пришлось не так уж долго – минут через десять из подъезда вылетела Анжелика, в приметной ярко-красной куртке и песцовой шапке. Огляделась и, не усмотрев маньяка, кинулась к светофору. Перебежала на другую сторону улицы, порылась в кармане и отчаянно замахала проносившимся машинам зеленой длинной бумажкой – из тех, что делают за океаном, украшая портретами президентов. Почти сразу же к тротуару прижалась вишневая «девятка» – водитель определенно не был дальтоником.

– Ну, поехали, – сказала Даша, сползла с сиденья, чтобы одни глаза виднелись над панелью – вдруг оглянется? – Только ловчее, Федя, я тебя умоляю…

Федя молча кивнул, с азартно-сосредоточенным лицом вращая руль. Он пристроился «девятке» в хвост, держа меж нею и собой парочку машин. В гонках по приличной трассе «девятка» давно бы оторвалась (даже не избавляясь от слежки, а просто так, благодаря прыти), но Анжелика ехала в центр города, где разогнаться было затруднительно. Миновали Ольховку, свернули налево, водитель «девятки» был, несомненно, опытным шантарским жителем – держа сорок пять километров, угодил в «зеленую волну» на проспекте Мира, но Федя надежно висел на хвосте.

Возле «Детского мира» «девятка» замигала правым поворотом, Анжелика выпрыгнула почти на ходу.

– Тормози, – распорядилась Даша. – Ключи оставь – и за ней, она тебя не знает, и поаккуратней, умоляю!

Она осталась в машине и, нахлобучив шапку на глаза, наблюдала за дверью магазина – была и вторая, но и она видна отсюда, в какую бы девка ни вышла, не затеряется…

Теперь Даша нисколечко не сомневалась – гейша рванула на встречу с кем-то, кто может утешить и посоветовать, как держаться в столь скверной ситуации. Она напугана, соплячка все-таки…