Читаем Бес предела полностью

Всё это, вычитанное в трудах мыслителей-эзотериков и много раз проигранное в воображении, рисующем миры, основой которых являлись бы свойства, атрибуты и значения Единицы, пронеслось в памяти стремительной чередой. Теперь же Прохор увидел мир Монады.

Когда-то в юности ему подарили комплект репродукций с картин художника Всеволода Иванова «Русь ведическая». На них был изображён предполагаемый облик древних русских городов на территории Сибири, Урала, Азии и Европы, возникших задолго до появления на ней современной цивилизации. Гипотезу о расселении ориан-арктов более четырёх тысяч лет назад подтверждают и открытия, сделанные учёными-археологами при исследовании Крито-Микенской, Аркаимской, этрусской и арийской цивилизаций, что упорно замалчивается историками-ортодоксами, ненавидящими славянскую расу.

Особенно поразили юного Прохора две картины: «Храм Свентовита. Весна» и «Предстоящая беседа».

На первой был изображён небольшой храм на берегу реки, исполненный в праславянской традиции. В древней славянской истории (тогда говорили – быстьтвори) известен храм Свентовита в городе Арконе. Здесь же был воссоздан архитектурный облик храма одной из весей – областей Руси.

Поздняя весна вот-вот должна была скоро смениться летом, вода в реке ещё мутная после паводка, но живописцу удалось передать настроение созерцателя – настроение ожидания радостной летней поры.

Вторая картина изображала мужчину, держащего ларец, и женщину в традиционных русских одеждах. Возможно, мужчине предстоял скорый отъезд, и он хотел оставить любимой подарок либо договориться о будущей встрече.

Судя по оттенку листвы деревьев, стоял конец лета. Низину и основание храма в ней окутывал туман. Окрестности храма – это был ведический храм, посвящённый богам Роду и Мокоши, – казались такими воздушными и светоносными, что хотелось прыгнуть в картину и жить там!

Храм же был прекрасен небесно!

Однако одно дело – видеть картину, пусть и талантливого художника, другое – увидеть ожившие скульптурно-архитектурные формы красивейшей из цивилизаций Земли прежних времён.

Захватило дух!

Камень и дерево, из которых были буквально изваяны (а не построены) дома-терема города или большого селения, казались гораздо более ценными материалами. И было их много, и все они не загораживали друг друга, давая возможность свободно рассматривать творения местных зодчих.

«Волшебство!» – не сдержал восхищения Прохор.

«Приветствую брата вочисле», – ответили ему. Говорили по-русски, но слишком правильно, с каким-то странным древним акцентом.

Он опомнился.

«Прошу прощения… я послан к вам…»

«Знаю – недружественной силой и для неправедной цели».

«Откуда вы…»

«Это слышно».

«Кто вы?! – жадно спросил Прохор, обрадованный, что ему ничего не надо объяснять. – И где мы?!»

«Я обыкновенный человек, – с мягкой доброжелательной иронией ответил Прохор-первый, – разве что наделённый большой ответственностью».

«Я прочитал… почувствовал… что такое Страж Границы? Вы ведь Страж? Хранитель Формфактора… так? Что такое Формфактор Всего? Это первичный формотрон? Я правильно понимаю? Меня послали с целью откорректировать… поэтому я несу особую программу…»

«Знаю, ощущаю, вижу. Мы готовы к восприятию. Но прежде чем отвечать на твои вопросы, я отнесу тебя к мерилу Радости».

С последними мыслесловами Прохор-первый, одетый в белую, похожую на плащ с вышивкой по краю одежду (в поле зрения мелькнула пола плаща), сел в открытую повозку без колёс, напоминавшую лодку, и она плавно поднялась в небо.

Стала видна панорама небольшого города, здания-терема которого хоть и отличались высотой и архитектурными деталями, но подчёркивали единый стиль древнерусского зодчества, выражаемый словами – вознесение в небо.

За лесом невдалеке показалась горная складка, а за ней море, которое пересекала серебристая ниточка моста из сна Прохора.

Прохор-первый, глазами которого Прохор-формонавт и смотрел на мир, повернул голову, и за городом стала видна невесомая сияющая стрела, сотканная из красивейших золотых «снежинок» и уходящая в синее-синее небо, к золотому горнилу солнца.

Прохор ахнул:

«Формотрон?!»

«Ось Прави, – ответил Прохор-первый. – Мерило Радости, Стрела Вселенной, направляющая Движение Мироздания и соединяющая Навь с Явью в Беспредельности».

«Не понял…»

«Поймёшь позже. Так какую задачу тебе поставила Чёрная нежить?»

«К-как вы её… назвали? Чёрная нежить?»

«Разве вы называете эту силу иначе?»

«Мой «родич» из одиннадцатого числомира назвал её… их… Владыками Бездн».

«Суть Зла от названия не зависит и не меняется. Родившиеся Внизу, под Чертой Духа, не раз стучались к нам, чтобы изменить Печати Законов и Ось Прави. Пока без особого успеха».

«Они… учатся».

«Чувствую… сила за тобой большая. Но ведь ты не с ними?»

«Нет!»

«Вот и славно».

Мимо проскользнула воздушная лодка, в которой сидели три девушки в красивых сарафанах, с любопытством и почтением глянувшие на Прохора-первого и поклонившиеся ему. Он ответил поклоном. Лодка удалилась, донёсся весёлый смех.