Он взял тележку, прошёлся между товарными рядами, выбирая разложенные на полках овощи в пакетах и фрукты. Мысли крутились вокруг проблемы, возникшей во втором числомире, но полезные идеи в голову не приходили. Чёртов Прохориил был прав, им всем надо было ждать нового проявления Охотников, которые должны были объявить Прохору-второму о цели захвата жены.

Молодой парень в дутой блестящей куртке, идущий впереди, кинул на математика косой взгляд.

Заговорила интуиция.

Прохор остановился, делая вид, что выбирает банку с зелёным горошком, боковым зрением отметил ещё одного парня, подходившего сзади. С точки зрения обычного человека, парни являлись такими же покупателями, выбирающими товар, но интуиция подсказывала, что ведут себя парни неправильно, кидая в тележки пакеты, даже не глядя на их содержимое. И Прохор остро пожалел, что не позвонил Саблину о походе в магазин.

Он двинулся дальше, ощущая желудком надвигавшуюся опасность.

Парень впереди воровато огляделся, перегородил тележкой ему путь.

Прохор вежливо попросил его посторониться, и в тот же момент молодой человек, одетый вполне прилично для своих лет, выдернул из-под отворота куртки пистолет. Глаза у него, рыскающие по сторонам, стали совсем чёрными.

Второй парень в это время развернул свою тележку таким образом, чтобы Прохор не смог сдать назад.

Решение созрело помимо включения сознания.

Прохор инициировал эргион, лежавший во внутреннем кармашке куртки на груди, и волевым усилием толкнул пистолет парня в процесс трансформирования.

Что произошло потом, запомнилось надолго.

Пистолет в руке молодого человека изменил форму, хотя и остался пистолетом. Но это было не главное. Процесс формотранса затронул и руку, державшую пистолет! В течение долей секунды она превратилась в когтистую лапу и обросла зелёной чешуёй, заставив хозяина вскрикнуть от удивления и выпустить оружие.

Прохор, помня о втором покупателе, оглянулся и увидел, что тот держит в руке нож. Но воспользоваться им бандит (а скорее всего – киллер) не успел. Пока он ошеломлённо дивился на трясущего рукой-лапой напарника, Прохор бросил и его оружие в путешествие по Ф-спектру.

На сей раз прицел был более точен. Рука держащего нож молодого человека не изменилась, зато изменил форму нож, превратившийся в узкий и длинный клинок длиной чуть ли не в метр.

Парень охнул, выпученными глазами разглядывая своё чудесным образом изменившееся оружие, бросил нож-шпагу на пол и помчался из торгового зала.

За ним, держа левой рукой правую – когтистую и чешуйчатую, метнулся первый бандит, забыв о своём пистолете.

Начавшийся шум заставил отреагировать охрану магазина, и Прохору пришлось объясняться с мужчиной в чёрно-синем костюме и двумя сотрудницами торгового центра, прибежавшими на подозрительные стуки и суету. Однако к этому моменту Прохор уже вернул ножу и пистолету их былые формы, вовремя сообразив, что оставлять следы формотранса опасно.

– Поссорились двое, – пожал он плечами в ответ на вопрос охранника, что произошло. – Начали выяснять отношения, выбили друг у друга оружие, увидели меня и удрали. Просмотрите записи телекамер, убедитесь.

Работали ли в торговом зале телекамеры и поверил ли охранник объяснению, Прохор не знал, но отпустили его с миром. Магазин не пострадал, товар остался целым, телекамеры, обозревающие зал, скорее всего были отключены, и этот аргумент сыграл главную роль.

А Прохор, поспешив домой, вдруг осознал, что чудом избежал гибели благодаря своей интуиции и реакции и что теперь ему предстояло забыть о былой свободе передвижения: Охотники появились в Суздале и начали за ним охоту.

Ультиматум

«Ниссан Жук» оливкового цвета, принадлежащий Валерии, нашли на следующий день на окраине Вологды, рядом со стадионом на улице Граничная. Салон автомашины был пуст, никаких следов борьбы или забытых вещей в нём не оказалось.

Поскольку машину не угнали подальше от Вологды и не сожгли, Саблин сделал вывод, что Валерию и Устинью захватили Охотники. Им не было нужды заниматься обычным разбоем и грабежом, они просто выполняли приказ – заставить объект, в данном случае Прохора, работать на хозяев.

Поиск пропавших силами полиции не дал ничего. Женщины будто испарились, оставив машину, которую вдобавок не зафиксировала ни одна уличная телекамера наблюдения.

Прохор, к удивлению Данияра, не запаниковал, проявив необычную для него дисциплину и сдержанность, беспрекословно следуя всем советам Саблина. Очевидно, он осознал необходимость просчитывать каждый свой шаг и готовиться к схватке с врагами. Математик осунулся, побледнел, но в глазах его горел мрачный огонь решимости, и за него можно было не беспокоиться. Природная чувствительность и наблюдательность вкупе с усидчивостью и терпением, присущими складу характера математика, помноженные на быструю реакцию и тревогу за судьбу жены, сделали из него настоящего мужчину.

На слова Саблина:

– Это я виноват в похищении, надо было охранять и наших жён, – Прохор ответил:

– Мы оба виноваты.