Читаем Берсерк 2 полностью

– Вашу ж мать… Что это было? – задыхаясь пробормотал я, садясь на кровати в детском доме, и с испугом ощупывая свою грудь, в которой до сих пор отдавалась острая боль.

– Миха, ты чего? – сонно спросил меня Костя, оторвав голову от подушки.

– Ничего. Спи, – сухо ответил я, лёг обратно, и отвернулся к стенке. Не знаю, что это было, но на обычный сон это было не похоже от слова совсем.

Я же реально воспринимал себя там этим семидесятилетним дедом, учителем истории в школе! Помнил про свою жену, детей и внуков. Про то, что уже больше сорока лет отпахал учителем. Да я даже про все его болячки помнил! Ну не бывает снов с такой детализацией! А этот выстрел? Грудь до сих пор ныла от какой-то фантомной боли…

Да и с чего бы вообще мне видеть такие сны? Они же никак не связаны со мной! Или… Связаны? Сны, конечно, разные могут быть, но я не слышал, чтобы во сне ты мог воспринимать себя как какого-то другого человека…

Я ещё раз потёр ноющую грудь, перевернулся на другой бок, и уснул. В этот раз, без снов.

– Миха, проснись! Сейчас уже обход придёт! – разбудил меня встревоженный голос Кости, и я сел на кровати, очумело хлопая глазами, и приходя в себя.

Фантомная боль ушла, но вместо неё пришло какое-то острое чувство утраты. Как будто я потерял что-то очень важное для себя, или у меня умер очень близкий человек. Это чувство буквально сжигало меня изнутри, чуть ли не сводя с ума, так как я в упор не понимал, что же или кого я потерял?

– Гончаров! – вырвал тут меня из тяжёлых раздумий голос одного из воспитателей, заглянувшего в комнату, – К директору! И быстрее, за тобой пришли.

***

– Ого, у тебя новая машина? – удивился я, разглядывая огромный чёрный внедорожник, к которому привела меня Астра.

– Ага, кидай вещи, – открыла она мне багажник, – Решила, что раз уж обзавелась нежданно-негаданно ребёнком, то машина теперь нужна чуть-чуть побольше. Как тебе?

– Круто, – равнодушно пожал я плечами, кидая сумки, и ёжась под холодным ветром. Осень окончательно вступила в свои права, от былого тепла не осталось и следа, а тёплые вещи я с собой не брал, и сейчас ёжился под пронизывающим насквозь ледяным ветром в рубашке, и накинутой сверху ветровке.

– Слушай, что с тобой? – вдруг серьёзно спросила она меня, не торопясь заводить машину, когда мы уселись внутрь, – Ты как будто и не рад тому, что я взяла над тобой опеку. Я и без того нервничаю насчёт неё, а ты своей кислой миной только усугубляешь всё. Если тебе что-то не нравится – скажи, ещё не поздно всё отменить.

– Да нравится, нравится. Не переживай. Всё в порядке. Не в тебе дело. Сон просто плохой приснился, никак отойти от него не могу, – поспешил успокоить я её, понимая, что действительно это выглядело как-то странно с моей стороны. Герои заморочились, вытащили меня отсюда, Астра на опекунство решилась, а я тут с кислой рожей её встречаю.

– А! Тогда ладно, – сразу успокоилась она, завела машину, и сразу же рванула с места, от чего меня буквально вдавило в кресло, – Скажи просто, куда ночь туда и сон, и всё в порядке будет! Я всегда так делаю!

– Ага, обязательно, – согласился я с ней, не став ей объяснять, что после этого сна я себя чувствую каким-то стариком. Те семьдесят лет буквально навалились на мои плечи тяжёлым грузом, прижимая к земле, и что с этим делать, я пока не знал…

– Ника, смотрю, как всегда, не захотела выбираться из дома? – сменил я тему, – Или у неё дела какие-то?

– Не, нет дел, – беспечно отмахнулась одной рукой Астра, а другой небрежно держась за руль, – Но ты же знаешь, что её почти невозможно выгнать из дома. Иногда мне кажется, что даже если произойдёт землетрясение, и дом будет рушиться, она и тогда не выйдет из своей комнаты, и предпочтёт, чтобы её завалило. Но тебя она ждёт, и, кажется, даже соскучилась. По твоей готовке, так точно. Специально не пошла сегодня в кафе, надеясь, что ты сейчас нам что-нибудь приготовишь. Ты же приготовишь? – сложив умоляюще руки на груди, повернулась она ко мне.

– Приготовлю, ты только руль держи! – испуганно крикнул я ей, хватаясь за руль.

– Урашечки! – вскинула она обе руки вверх в победно жесте, и только после этого взялась за руль. За эти несколько секунд я, по-моему, даже поседеть успел.

– Тогда сначала едем в магазин! – довольно крикнула она, и резко повернула руль, разворачиваясь, из-за чего меня впечатало в дверь. Вот дурная ба… девушка, блин!

***

– Так, томатную пасту, лук, свеклу, капусту и картошку взяли, что осталось? – с энтузиазмом спросила опекунша, под шумок положив в тележку целую упаковку пивных банок.

– Мясо ещё надо. Желательно, говядину. С ней борщ вкуснее всего будет, ну, и сметану, – почесал затылок я, оглядываясь и рассматривая длинные полки с продуктами, – Хлеб ещё. Ну, и макарон каких на всякий случай. У вас же наверняка опять пустые полки на кухне?

– Ты же знаешь, что мы не любим готовить, – легкомысленно отмахнулась девушка, – Так что ты сразу побольше всего набирай. Чтобы на неделю хватило!