Читаем Берегите солнце полностью

- Чьи кони? - спросил он взволнованно-радостным голосом. - Чьи кони? Кто хозяин?.. - Он обошел лошадь, похлопывая и поглаживая ее. Затем бросился к нам. - Комбат, откуда такие прекрасные кони?

- Разведчики привели, - сказал я. - Понравились?

- Еще бы! Сильные, как гусеничные тракторы. У меня двух лошадей подбило. Не дашь?..

- Надо подумать. - Я переглянулся с Браслетовым.

- У меня пушку не на чем таскать, честное слово, - настаивал Скнига.

- Зачем таскать твои пушки, они танки пропускают, - сказал я. - Нас чуть не раздавило в сарае. Вот Чертыханов свидетель...

- Так точно, если бы не посторонились немного, - подтвердил Прокофий.

- А два других! - воскликнул старший лейтенант. - Они бы наделали вам дел!..

- Ладно, уговорил, - ответил я. - Дадим. Как ты считаешь, сержант, не жалко отдавать?

- Чего их жалеть? - ответил Мартынов. - На немцев работали, теперь пускай на нас поработают.

Старший лейтенант Скнига выбрал двух лошадей покрупнее и повел их по улице в темноту; лошади, храпя, испуганно косились на зарево, на мелькание черных теней, в их крупных влажных глазах зажигались и гасли красные звезды.

- Сержант, - сказал я, обращаясь к Мартынову; он обернулся ко мне широкой выпуклой грудью в расстегнутой шинели - лицо хмурое, затвердевшее от лишений, опасностей и усталости. - Тебе придется выдвинуться вперед и прощупать, что там. Как бы не попасть нам в руки немцев. - Чертыханов посветил фонариком, я взглянул на часы. - В двадцать три часа ты должен вернуться с результатами... Двигаться в направлении на Серпухов между дорогой Серпухов - Таруса и левым берегом Оки. Проверьте, какие населенные пункты заняты противником. В бой не вступать.

- Понятно, товарищ капитан. - Мартынов подергал Чертыханова за рукав, отвел в сторонку. - У тебя курить есть? Дай на дорогу.

- Две пачки хватит? - Прокофий порылся в сумке от противогаза, достал папиросы. - А хлебнуть хочешь?

- Сейчас не надо, - ответил Мартынов. - Оставь мне немного на потом. Если вернусь...

- А куда ты денешься? Возьми хоть шоколаду.

Мартынов отодвинулся к разведчикам, находившимся возле лошадей. Вскоре всадники проплыли в отблесках зарева и, обгоняя колонну, исчезли в сумраке...

15

По левому берегу Оки горели села, все ближе подступая к Серпухову. По этим горящим селам можно было определить, как далеко вперед забрались немцы и как отстали мы.

В совхозе, где вчера располагался штаб дивизии и где оставался наш медпункт, было пусто и глухо.

- Может быть, укроемся от дождя-то? - спросил Чертыханов. - Ночь длинная, накупаемся еще.

- Посвети, - сказал я.

Прокофий включил фонарик, и я взглянул на часы: стрелки показывали 22.15. Мартынов должен вернуться через 45 минут, если все у него пройдет удачно. Если же он не появится к этому времени, мы не станем медлить и выступим в назначенный срок, выслав вперед другую группу разведчиков. Я приказал командирам рот подготовиться к трудному ночному маршу и, возможно, к ночному бою.

Чертыханов вгляделся во тьму.

- Кого я вижу! - воскликнул он. - Дядя Никифор! Где твоя карета скорой помощи?..

Никифор приблизился к нам, большой, неповоротливый, на косматом лице, как вода сквозь камышовые заросли, поблескивали глаза.

- Карета при мне, в исправности, - ответил Никифор озабоченно. Раненых много, товарищ капитан. Двенадцать человек. Лошаденка слабая, не стронет с места, а стронет - упадет посреди дороги. Надо что-то придумать, товарищ капитан, а то не довезем. Часть я пересадил в повозку к разведчикам. Но все равно тех, что остались, лошадь не дотянет.

Чертыханов переспросил:

- Двенадцать человек за весь день?

- Если бы... - Никифор, помолчав, сокрушенно вздохнул. - Днем отправили на двух машинах в Серпухов. Двадцать четыре человека. Одну Нина сопровождает, вторую - Катька, новенькая сестра. Обратную дорогу немец заслонил.

Я почувствовал, как что-то тяжелое, все время мучительно давившее душу, отлегло, прикрыл глаза и улыбнулся: Нина вовремя вырвалась из западни и не испытает всех сложностей предстоящего перехода... Я сказал Никифору:

- Разыщите телеги, сбрую, вернутся разведчики - возьмете у них лошадей. На гладкую дорогу не рассчитывайте.

- Какая уж тут гладкая, - проворчал Никифор. - Темень, дождь... - Он не уходил, переминаясь с ноги на ногу. - Вернутся ли разведчики - вопрос, товарищ капитан. А тут неподалеку я отыскал конюшню, в ней четыре коня. Два жеребца, молодая кобылка и четвертая жеребая... Правда, сторож при них имеется, старик. Но мы с ним как-нибудь справимся... поладим. Тяжелую кобылу оставили бы...

- Забирайте, - сказал я. Никифор от радости задохнулся.

- Вот это дело! Это мы быстро... - Он побежал в темноту, в сторону конюшни, звучно шлепая по лужам.

- Обрадовался, - сказал Чертыханов, усмехаясь. - Точно ему шапку золота насыпали... - Мокрое от дождя лицо его поблескивало.

Разведчики в назначенное время не вернулись. Батальон выступил уплотненной колонной по проселочной дороге, пролегавшей вдоль левого берега Оки.