Читаем Берег печалей полностью

– Ну что за кретины! – воскликнула Снежинка, прочитав эти строки. Затем она продолжила, обращаясь к мужу: – Ребенок, который даже не отказываясь слушаться задается вопросом «Почему?», – это занесенный кинжал. Слушайтесь, потому что вы должны слушаться… Лишь одна заповедь создала Империю: Муссолини всегда прав.

Радамес выругался, поминая недобрыми словами Дуче и его мать, но вполголоса, чтобы не услышали дети. Впрочем, в глазах фашистского режима, штрафовавшего неженатых как «намеренно чинящих препятствия деторождению», Снежинка и Радамес выглядели образцовой парой. «Маленьких итальянцев» у них было уже семеро, а Снежинке еще даже не исполнилось тридцати лет.

– Скажи ему, пусть будет осторожнее, – советовала Армида. – Не то он тебе еще десятерых заделает.

Слово «осторожнее» мать выделяла особенным тоном, подразумевавшим слишком интимные подробности, чтобы обсуждать их с дочерью. Радамес вроде и пытался «быть осторожнее», но безуспешно: каждый год у его жены снова начинал расти живот.

Для семьи настали тяжелые времена. Вот уже несколько лет, как Радамес потерял работу в пекарне: булочник мог позволить себе только одного работника на несколько часов в неделю. Некоторое время он помогал отцу с семейным хозяйством, но с такой оравой детей пришлось искать новую работу и новый дом.

Жилище нашлось неподалеку, в местечке под названием Пиластри: три убогие комнаты с утоптанной землей вместо пола, насос для воды на улице и никакого туалета, даже во дворе. Работать же получалось только летом, батраком, и получал Радамес совсем мало. Чтобы устроиться получше, многие в округе вступали в партию, но никто из детей Ансельмо Мартироли даже помыслить об этом не мог.

Снежинка, еще недавно юная бунтарка, за несколько лет превратилась в иссохшую женщину, вечно усталую и разочарованную в жизни. Ее собственная семья была если не богатой, то по крайней мере обеспеченной, а теперь муж ничего не мог ей предложить, кроме голода и бедности.

Однако Снежинка отличалась гордым характером, а потому никогда не жаловалась, особенно в присутствии родителей. Те же пытались хоть как-то ей помочь. Армида раз в неделю ходила на рынок, набирала пару сумок сухой фасоли, колбасы и лепешек, а потом садилась на велосипед и, тяжело дыша, крутила педали до самого дома дочери в Пиластри. Внуки поджидали ее на обочине дороги и, едва завидев бабушку вдалеке, кидались к ней с радостными воплями.

За прошедшие годы связь между семьями Мартироли и Казадио укрепилась еще двумя союзами. Две сестры Радамеса, Мими и Виолетта, вышли замуж за старших братьев Снежинки: Неллюско и Паскуино. Мартироли приняли оба брака с радостью: во-первых, потому что вообще ко всему в жизни относились весело и с оптимизмом, а кроме того, дочери выбрали себе мужей из хорошей семьи, владевшей землями и скотом.

Беппе и Армиду, напротив, ужасно раздражало это бесконечное смешение родственных связей. Браки сыновей были настолько похожими, что порой они путались, называя невесток не теми именами.

– Все, хватит! – сказал Беппе, обращаясь к оставшимся детям, когда семья вышла из церкви после третьего венчания Казадио – Мартироли. – Пора начать смотреть дальше собственного носа.

На этом браки между представителями двух семей завершились, но их судьбы продолжали переплетаться и в дальнейшем.

Случилось так, что старшие братья Снежинки унаследовали обширные угодья от болонских родственников – сыновей Альфонсо, – у которых не было своих детей.

Завещание в один миг превратило Паскуино и Неллюско в зажиточных землевладельцев. Однако, несмотря на неожиданную удачу, обе пары не были полностью счастливы, так как ни у той ни у другой не было детей.

Снежинка никак не могла смириться с такой несправедливостью: у кого были деньги, чтобы растить детей, не могли произвести на свет ни одного наследника, в то время как они с Радамесом каждую весну крестили нового отпрыска. Ели у них в доме лишь пустой овощной суп, кукурузную кашу с молоком да хлеб. Зимой приходилось настолько туго, что Радамес воровал дрова для печки у соседей, а младшие дети не играли на улице, потому что у них не было ботинок.

Именно тогда, в особенно тяжелый год, братья Снежинки впервые заговорили с ней о том, чтобы усыновить парочку ее детей. Как-то раз Неллюско и Паскуино появились на пороге дома в Пиластри в сопровождении своих жен. Некоторое время они кружили вокруг да около, потом наконец изложили неожиданное предложение.