Читаем Белый вождь полностью

После нескольких дней бесплодных поисков преследователи возвратились. Послали новый отряд, но и этот вернулся ни с чем. Обыскали каждый уголок, где Карлос мог бы найти себе убежище: старое ранчо, рощи на берегу

Пекоса, нагрянули даже в ущелье, обшарили пещеру –

нигде никаких признаков беглеца и его спутников! Оставалось лишь предположить, что они покинули

Сан-Ильдефонсо.

Это предположение подтвердилось, и все перестали наконец теряться в догадках. Дружественные команчи, заглянувшие в долину, рассказали, что Карлос встретился им на плоскогорье. Его сопровождали две женщины и несколько слуг с мулами, навьюченными продовольствием.

Охотник на бизонов сказал команчам, что он отправляется в далекое путешествие – на другую сторону Великих Равнин.

Эти сведения были точны, и никто в них не усомнился.

Карлос нередко говорил о своем намерении уехать в страну американцев. Туда-то он и направился и, вероятнее всего, осядет там на берегах Миссисипи. Теперь его никто не нагонит. Больше его здесь не увидят – вряд ли он когда-нибудь опять покажется в поселениях Новой Мексики.

* * * *

Прошли месяцы. Кроме того, что рассказали команчи, о

Карлосе и его близких ничего не было слышно. И хотя ни его, ни тех, кто ушел с ним, не позабыли, о них перестали повсюду говорить. У жителей Сан-Ильдефонсо были и другие дела; а в последнее время произошли события столь значительные, что они почти вытеснили память о знаменитом беглеце.

Поселению грозил набег ютов. Этого не миновать бы, но тут на ютов, в свою очередь, напало другое воинственное племя и разбило их. Поражение ютов предотвратило набег на долину в этом году, но опасность на будущее осталась.

А затем над Сан-Ильдефонсо нависла еще одна угроза: ждали мятежа тагносов – мирных индейцев, составляющих здесь большинство населения. Во многих поселениях их братья восстали, и им удалось сбросить испанское иго.

Могли ли и тагносы Сан-Ильдефонсо не мечтать о восстании, о свободе?

Однако благодаря предусмотрительности властей заговор в Сан-Ильдефонсо был пресечен в корне. Вожаков схватили, допросили с пристрастием, осудили и расстреляли. Скальпы убитых вывесили на воротах крепости в назидание их темнокожим соотечественникам, которым ничего больше не оставалось, как смириться.

Эти трагические события во многом способствовали тому, что охотник на бизонов и его дела были преданы забвению. Конечно, кое у кого в Сан-Ильдефонсо были веские основания его помнить, но большинство перестало думать о нем и его близких. Все слышали и поверили, что беглец давным-давно пересек Великие Равнины и теперь находится под защитой своего народа на берегах Миссисипи.

ГЛАВА LXIX

Что же все-таки сталось с Карлосом? Правда ли, что он пересек Великие Равнины? Неужели он так и не вернулся?

Что случилось с поселением Сан-Ильдефонсо?

Эти вопросы пришлось задать, так как человек, рассказывавший легенду, замолк. Взор его блуждал по долине, порой устремлялся на Утес Загубленной Девушки, порой останавливался на поросших сорной травой руинах. Глубокое волнение охватило рассказчика – вот почему он умолк.

Его слушатели начали догадываться о судьбе, постигшей Сан-Ильдефонсо, и с нетерпением ждали конца.

Спустя некоторое время рассказчик продолжал:

–

Да, Карлос вернулся. Что произошло с

Сан-Ильдефонсо? Вот те руины вам ответят.

Сан-Ильдефонсо пал. Хотите знать, как это случилось? Эта страшная повесть – повесть о крови и мести. Карлос отомстил.

Охотник на бизонов вернулся в долину

Сан-Ильдефонсо, но вернулся не один. Он привел с собою пятьсот воинов, краснокожих воинов, которые избрали его своим предводителем, своим белым вождем. Это были непокоренные индейцы племени вако. Они знали, какое зло причинили ему враги, и поклялись отомстить за него.

Стояла осень, поздняя осень – самая прекрасная пора на американских равнинах, когда разрумяниваются дикие леса и природа словно отдыхает от ежегодных тяжких трудов, и все живое, насладившись роскошным пиром, который она так щедро приготовила для своих детей, кажется умиротворенным и счастливым.

Была ночь, ярко светила осенняя луна, та самая луна, чей круглый диск и серебряные лучи прославлены в песнях жатвы по всей земле.

Лучи ее не менее ослепительно падали на дикие просторы Льяно Эстакадо, хотя там жатвы никогда и не ведали. Предостерегающее рычанье овчарки разбудило одинокого пастуха, дремавшего возле затихшего стада. Приподнявшись, он настороженно огляделся. Что там – волк или медведь, или, может быть, рыжая пума? Нет, это не зверь. Нечто совсем иное увидел пастух, окинув взором прерию. . Увидел – и содрогнулся.

По прерии двигалась длинная цепь темных силуэтов. То были силуэты лошадей с их седоками. Лошади шли гуськом – морда одной касалась крупа другой. Направлялись они с востока на запад. Голова колонны была уже совсем близко, а конец терялся вдалеке, и пастух его не видел.