Виченце ничего не оставалось, как продолжать лежать в засаде, выжидая удобного случая как-нибудь выбраться отсюда. Молодые люди вошли в беседку и сели на скамью.

ГЛАВА XLVI

Сердца их были так переполнены, что некоторое время влюбленные хранили молчание. Первой заговорила Каталина.

– Что с вашей сестрой? – спросила она.

– Ей лучше. Я отправил ее в свое ранчо. Старая обстановка совершила чудо. Розита почти совсем оправилась, и лишь очень редко у нее бывают ее прежние припадки. Я надеюсь, что скоро она совсем выздоровеет.

– Как я рада! Бедное дитя! Как она, должно быть, страдала в руках этих грубых дикарей!

– Да, Каталина, вы не ошиблись, назвав их грубыми дикарями, хоть вам, может быть, неизвестно точно, о ком вы говорите.

– Как? – удивилась молодая девушка. До этого момента она была уверена, как и все вокруг, что сестра Карлоса попала в плен к индейцам.

– Я отчасти из-за этого хотел увидеться с вами сегодня ночью. Я не мог жить спокойно, не объяснив вам своего поведения за последнее время. Оно, вероятно, казалось вам очень загадочным. Но скоро все разъяснится. Выслушайте меня, Каталина!

Карлос рассказал об ужасном заговоре, не опуская ни одной подробности, и привел молодую девушку в величайшее изумление.

– О, злодеи, злодеи! – воскликнула она. – Я не могу даже представить себе подобную свирепость! Неужели на свете существуют такие негодяи? Если бы не вы рассказали мне сейчас обо всем этом, Карлос, я бы ни за что не поверила! Я знала, что оба они – скверные люди, я много слышала об их низости, но этот подлый поступок переходит всякие границы!

– Теперь вы знаете, заслужил ли я действительно кличку убийцы.

– Милый Карлос, не думайте об этом! Я ни секунды не верила этой клевете. Не бойтесь ничего! Люди еще узнают все…

– Люди! – насмешливо перебил Карлос. – Для меня их не существует. У меня нет дома. Даже мои товарищи, с которыми я рос, считают меня чужим, я для них еретик и отверженный. Теперь еще хуже: я объявлен вне закона, за мою голову назначена цена, и немалая! Право, я никогда не думал, что стою так дорого, – рассмеялся он. Но веселье его длилось недолго.

– Весь мой мир – это вы, Каталина! – продолжал он. – Но я должен оставить вас и уехать далеко. Смерть, нет, нечто худшее, чем смерть, ожидает меня здесь. Я должен уехать отсюда, должен вернуться на родину! Может быть, там я обрету новый дом и новых друзей… Но счастье без вас для меня невозможно, нет, никогда!

Каталина молчала, глаза ее, полные слез, были опущены. У нее возникла мысль, которую она не смела высказать вслух. Но сейчас было не время для жеманства, ложной скромности или робости. От одного-единственного слова зависело счастье ее жизни и жизни любимого человека, и она решилась произнести его.

Повернувшись к своему возлюбленному, она взяла его за руку и, глядя ему в глаза, сказала тихим, но твердым голосом:

– Карлос, хотите взять меня с собой?

Обняв за талию молодую девушку, Карлос крепко прижал ее к себе.

– Возможно ли это? Не ослышался ли я? Милая Каталина! Я хотел вас просить об этом, но не смел. Я боялся, что вы сочтете меня безумцем. Как! Бросить все для меня? О, моя возлюбленная! Скажите мне, что я не ошибся! Скажите еще раз, что вы уедете со мной!

– Да, уеду! – повторила Каталина.

– Какое счастье, какое счастье! – твердил Карлос. – Неделя ужасных страданий, и вдруг – это блаженство! Неделю назад, Каталина, со мной произошло странное приключение, сулившее мне богатство. Я был полон надежд… надежд завоевать вас… не вас, конечно, но вашего отца. Смотрите!

Он протянул ладонь, на которой лежала блестящая кучка золотой руды.

– Это золото. Я нашел залежи и надеялся в скором времени разбогатеть. Тогда ваш отец дал бы согласие на брак. Теперь все это отпало, но ваши слова снова переполнили мое сердце радостью. Не жалейте о богатстве, которое вы оставляете. Я знаю, вы не думаете об этом, милая Каталина, но я дам вам не меньшее богатство, а может быть, даже и больше. Я знаю, где можно добыть этот драгоценный мусор, но обо всем этом я расскажу вам в другой раз. Сегодня ночью…

Каталина прервала его. Ее чуткий слух уловил какой-то звук, показавшийся ей подозрительным. Это было легкое шуршание листвы за беседкой, будто подул ветерок. Но ветра не было. Что бы это могло значить?

Через несколько секунд они вышли из беседки и осмотрели кусты, откуда послышался шорох, однако ничего не нашли. Они оглядели весь сад – ничего подозрительного. Теперь было гораздо темнее, чем в начале ночи. Луна спряталась за тучу, свет ее из серебристого стал серым, но было еще достаточно светло, чтобы видеть все на расстоянии нескольких ярдов. Каталина не могла ошибиться. Она ясно слышала шуршание за беседкой. Может быть, это была собака? Карлос взошел на мост. Его собака лежала там, где он ее оставил: она не смела двинуться с места без его разрешения. Что же тогда? Может быть, ящерица? Или ядовитая змея?