Читаем Белый туман полностью

Хозяин замка Данвин и впрямь оказался мужчиной весьма представительным – пожалуй, самым представительным из всех, кого когда-либо приходилось встречать Элинор, не исключая даже ее брата. Он был необычайно высоким и широкоплечим, в его присутствии комната заметно уменьшилась в размерах. Элинор не сводила с него глаз, пока он направлялся к письменному столу, отметив про себя шесть с лишним футов роста и черные волосы, доходившие до воротника сюртука. Он носил прикрепленный к поясу плед в темно-красную, белую и зеленую клетку, конец которого был небрежно перекинут через плечо поверх сюртука из темной шерсти. Верхняя пуговица его рубашки была расстегнута, а подбородок покрыт густой темной щетиной, словно он не брился несколько дней подряд. Его клетчатые чулки и ботинки с пряжками покрывали брызги грязи, волосы на лбу были взъерошены ветром. Глаза его казались такими темными, что Элинор не могла определить их цвет, на губах не промелькнуло даже подобие улыбки. Учитывая его грубоватый облик и то действие, которое его появление произвело на нее, Элинор не могла удержаться от мысли, что прозвище «Дьявол из замка Данвин» подходило ему как нельзя лучше. Только теперь она заметила, как отчаянно забилось у нее сердце в груди.

– Мое имя Данвин, – произнес мужчина. – Я – хозяин этого замка и всего острова. Именно я поместил то объявление, которое вы видели в Обане. Не желаете присесть?

Виконт разговаривал как человек, получивший образование на юге, без местного акцента. У него был низкий, густого тембра голос, тихий, но полный притягательной силы, чем-то напоминающий отдаленный раскат грома перед приближением грозы. Обычно этого звука бывало достаточно, чтобы руки юных девиц покрывались гусиной кожей.

С виду Элинор была одной из таких девиц. Данвин жестом указал ей на кресло, которое она занимала, и без долгих предисловий заявил:

– Фергус не предупредил меня о том, что вы так молоды.

Все еще находясь под впечатлением от его внешности, голоса, самого его присутствия, Элинор не сразу нашлась что ответить.

– Прошу прощения?

– Сколько вам лет, мисс? Восемнадцать?

Его прямота, почти граничившая с бесцеремонностью, вывела ее из транса, и она, откашлявшись, произнесла:

– Мне двадцать один год, милорд.

Виконт приподнял брови.

– Двадцать один? Неужели?

– Да, без малого. – Его немигающий взгляд заставил ее беспокойно заерзать в кресле. – Могу вас заверить, что я способна справиться со своими обязанностями.

Виконт смотрел на нее в упор, явно оценивая собеседницу. Без сомнения, он задавался вопросом, что привело столь юную леди благородного происхождения на этот отдаленный остров. Его молчание казалось Элинор более чем обескураживающим.

– Боюсь, Фергус забыл сообщить мне ваше имя, мисс…

– Харт, – ответила она не задумываясь первое, что пришло ей в голову. – Мисс Нелл Харт.

Это имя, на ее взгляд, было ничем не хуже прочих, тем более что назвать ему настоящее она не осмелилась. Фамилии Уиклифф и Уэстовер были известны по всей стране не меньше, чем имена членов Ганноверского королевского дома.

– Итак, мисс Нелл Харт, – продолжал виконт, повторив ее вымышленное имя таким тоном, что Элинор показалось, будто он подшучивает над ней, – откуда вы родом?

– Из Суррея, – снова солгала Элинор.

– Суррея? – переспросил виконт.

– Да.

– Поместье родных моей жены находится неподалеку от Абинджера. Вы, случайно, не слышали о нем?

Элинор с трудом сглотнула, не зная, стоит ли ей упорствовать во лжи и ответить утвердительно, или же сказать, что это название ей ни о чем не говорит и тем самым, возможно, вызвать у виконта подозрение, что она знала о Суррее лишь то, что он расположен на юге Англии.

– Абинджер… – повторила Элинор и поспешно кивнула. – Да-да, конечно, я о нем слышала.

– В таком случае, наверное, вы имели случай познакомиться с местным викарием, мистером Певенсли. Он когда-то венчал нас с женой.

Элинор снова кивнула и, несмотря на то что здравый смысл настойчиво требовал от нее держать язык за зубами, с робкой улыбкой на губах произнесла:

– Да, действительно, я видела его незадолго до своего отъезда. Он жив и прекрасно себя чувствует.

И что только, черт возьми, заставило ее произнести эти слова вслух?

– Так…

Виконт умолк, снова устремив на нее изучающий взгляд, который вызывал в ней невольное желание завернуться поплотнее в плащ. Элинор надеялась, что он не станет и дальше расспрашивать ее о викарии. Прошла минута. В окнах свистел ветер. Девушка оправила манжету на своем платье.

– Ваши рекомендации?

Разумеется, она опасалась этого вопроса, однако нельзя сказать, чтобы он застиг ее врасплох.

– Боюсь, у меня их нет, милорд.

Данвин удивленно посмотрел на нее.

– Никаких рекомендаций?

Элинор покачала головой и улыбнулась, аккуратно сложив руки на коленях перед собой. Она не стала вдаваться в объяснения – просто потому, что их у нее не было.

Виконт смерил ее хмурым взглядом.