Гэбриел сразу понял, какой мукой для нее было ощущать себя чужой, находясь рядом с тем самым местом, которое когда-то служило ей надежным прибежищем.

– Ты хочешь зайти и проведать родных?

Элинор задумалась, но затем покачала головой:

– Нет, пока еще нет. Только не сейчас. Сначала мы должны устроиться, а потом я постараюсь что-нибудь придумать, прежде чем предстать перед ними. Мне столько нужно им сказать, что я, право, теряюсь.

Гэбриел улыбнулся и ответил ей голосом, удивительно похожим на голос Майри:

– Начинать всегда лучше с самого начала, дитя мое.

Когда экипаж наконец тронулся с места, Элинор показалось, что она заметила чью-то фигуру – смутный силуэт, промелькнувший в одном из окон нижнего этажа. От волнения у нее перехватило дыхание, и она не спускала глаз с особняка до тех пор, пока тот не исчез из виду, повторяя про себя: «Вот я и вернулась домой, мама».

Глава 16

После того как их багаж перенесли в особняк Данвинов, Элинор отослала обеих девочек в ванную, чтобы те умылись с дороги, а сама тем временем приступила к обязанностям хозяйки дома, встретившись с миссис Уикетт, экономкой, нанятой для них мистером Праттом. Эта женщина представляла собой полную противоположность Майри, начиная с высокой худощавой фигуры и кончая безупречно вежливым голосом, начисто лишенным, однако, искренности или сердечного тепла. Она заставила Элинор еще больше пожалеть о разлуке с их домом на Трелее.

Элинор поручила миссис Уикетт и двум горничным, нанятым вместе с ней, подготовить для них спальни. Пока они проветривали белье и выколачивали пыль из ковров, Гэбриел, Элинор и обе девочки прокатились в экипаже по Пиккадилли, после чего покинули карету и пешком продолжили свой путь по Сент-Джеймс-стрит и прилегающим переулкам, чтобы сделать необходимые покупки, а заодно и полюбоваться городскими достопримечательностями.

Они долго бродили по Пэлл-Мэлл, показывая девочкам великолепные сады Сент-Джеймсского парка и Карлтон-Хаус, лондонский дворец бывшего принца-регента, опустевший с тех пор, как принц год назад унаследовал престол, потратив перед тем без малого тридцать лет на его перестройку. Сооруженный из красного кирпича, с внушительными на вид колоннами коринфского стиля, внутри этот дворец, как говорили, мог соперничать по роскоши с самим Версалем. Изящная лестница, состоявшая из двух рядов ступенек, которые сходились на первом этаже и затем снова расходились, чтобы соединиться этажом выше, считалась одним из главных украшений парадного вестибюля наряду с ионическими колоннами из бурого мрамора и драгоценными безделушками, привезенными сюда из разных мест, вплоть до Китая.

Окинув дворец до самого верха крыши взглядом, полным благоговейного трепета, Брайди с чисто детской непосредственностью заявила, что она непременно выйдет замуж за этого принца и будет жить в его красивом доме вместе с Джулианой и ее любимцем, маленьким ягненком, которого она ласково называла Вулли. Элинор и Гэбриелу пришлось поставить ее в известность, что принц – на самом деле уже не принц, а король – женат и отказывает своей супруге в официальном короновании потому, что она пришлась ему не по нраву. Брайди тут же взяла свои слова обратно, решив, что она найдет себе другого принца, у которого будет даже более красивый дом, чем этот Карлтон, и который не откажется сделать ее своей королевой.

Когда они снова свернули на Пиккадилли, Элинор заметила, что Гэбриел взял Джулиану под руку, чтобы помочь ей перейти оживленную улицу перед ними, и сердце ее переполнилось любовью к этому человеку, который так долго избегал общества дочери из опасения за ее жизнь, а теперь, казалось, решил наверстать упущенное за один день.

Перемена, произошедшая в нем, была поистине поразительной. Пока они проходили вдоль ряда магазинов, Гэбриел беседовал с Джулианой, показывал ей достопримечательности и даже не пытался заставить ее прервать молчание. Возможно, все дело было в Брайди, которая с самого начала приняла немоту Джулианы просто как одну из сторон ее натуры, но как только ее примеру последовал Гэбриел, все тут же встало на свои места.

Они заглянули в магазин Хатчарда, где приобрели несколько книг, как для того, чтобы продолжить образование Джулианы, так и для того, чтобы приступить к занятиям с Брайди. Девочка должна была присоединиться к Джулиане и еще нескольким ребятишкам с острова в школе, открыть которую Элинор предложила Гэбриелу по дороге в Лондон. Она собиралась учить там детей английскому языку, чтению, письму и начаткам счета, а те, в свою очередь, помогут ей расширить ее познания в гэльском.