Читаем Белый Омск полностью

В общем, тревожно. Начинаются там и сям "панические" разговоры, обыватели готовят чемоданы, "беднота" открыто радуется и поджидает большевиков. Говорят, и в сибирских деревнях настроение большевистское. Не переболели еще, не знают, на себе не испытали, что такое Советская власть, а ведь рассказам русский человек плохо верит. Эмпиризм дикарей -- ничего не поделаешь. Возможно, что Сибири еще суждено испить эту горькую чашу. Неспокойно в низах, возможен внутренний взрыв, если продолжатся неуспехи на фронте. А они, увы, продолжаются, положение ухудшается. Фронт приближается к Екатеринбургу и Челябинску, хотя большевики снимают части на Деникинский фронт. Что-то будет? Ужели новые испытания, бегство... арест? Впрочем, не очень думаешь обо всех этих ужасах, живешь интенсивно, напряженно и... не скучно, просто хорошо. (12 ч. 50 м. ночи).

Омск, 14 июля

Разгар лета. И совсем, совсем не приходится пользоваться им, проходит бесплодно. Пыльные, душные улицы, и на душе не до природы. Лишь иногда потянет, взгрустнется... Сейчас прекрасные лунные ночи, и даже в городе, особенно ближе к окраинам, чувствуется радостная свежесть... Надеюсь, что все-таки удастся проехаться на пароходе по Иртышу, передохнуть.

У Деникина началось контрнаступление большевиков. Уже взяли обратно Балашев (значит, восстановили железнодорожную связь с Саратовым) и ведутся бои за Харьков и Екатеринослав. Ужели повторится история нашего наступления?.. Ну, а у нас, разумеется, отвратительно, -- судьба Екатеринбурга, вероятно, уже предрешена. В тылу -- гнусная грызня генералов, обывательская паника, рост общественного недовольства -- верный спутник неудач. Беда. На Западе -- шатко. (11 ч. дня).

Омск, 15--16 июля

Заседание "блока"1 -- о политическом положении. Отвратительное, гнусное впечатление. Сброд невежд, шумящий, ищущий "виновника" и, конечно, находящий его в Правительстве, Правителе, власти... Суждения "чем я хуже Сукина?", "отчего не выслушивают наших мнений о международной политике?", "мы должны им прямо сказать", и т.д.. и т. д. ... Какие-то казацкие полковники, едва ли не впервые попавшие в "высокое собрание", делающие "большую политику"... И вот -- общественное мнение...

Одни (Белорусов) хотят использовать чехов для фронта, другие (промышленники, казаки) мечтают о японцах -- и все это примитивно, наивно... Белорусов все возмущается "произволом в управлении" и думает, что нужно изменить курс правительственной политики в смысле большей демократичности. Чехи будто бы тоже поставят это условие. Глупо! Кадеты решили не поддерживать Белорусова. Что касается японцев, то, кажется, они сменят чехов по охране железной дороги, с благословения Совета 5-ти.1 (2 ч. 10 м. ночи).

Омск, 20 июля

Сейчас вместе с делегацией омского "блока" был у Верхового Правителя -в домике у Иртыша1. Длинная беседа на злобы дня. Хорошее и сильное впечатление. Чувствуется ум, честность и добрая воля. Говорил очень искренно, откровенно. Об "отсутствии порядочных людей", "трудном положении армии ("развал")", о союзниках. "Мое мнение -- они не заинтересованы в создании сильной России... Она им не нужна". О Японии, о наивности тех, кто думает, что стоит лишь ее попросить, и она пришлет дивизии... Об отвратительных злоупотреблениях агентов власти на фронте и в тылу. "Худшие враги правительства -- его собственные агенты". То же и у Деникина, то же и у большевиков -- "это общее явление, нет людей"... У большевиков это устраняет чрезвычайка, но и она не может устранить преступлений агентов. Мы же мечтаем о законе. "У меня полнота власти, я фактически могу расстрелять преступников, -- но я отдаю их под суд, и дела затягиваются"... Беседовали около двух часов. (5 ч. дня).

Омск, 21 июля

"Диктатор"... Я всматривался в него вчера, вслушивался в каждое его слово... Трезвый, нервный ум, чуткий, усложненный. Благородство, величайшая простота, отсутствие всякой позы, фразы, аффектированности. Думается, нет в нем тех отрицательных для обыкновенного человека, но простительных для гения свойств, которыми был богат Наполеон. Видимо, лозунг "цель оправдывает средства" ему слишком чужд, органически неприемлем, хотя умом, быть может, он и сознает все его значение. В этом отношении величайший человек современности (тоже к гордости нашей русской) Ленин -- является ему живым и разительным контрастом.

Говоря о том, что союзники не хотят помочь России стать снова великой, он прибавил вчера: "Это мое мнение... Но ведь иногда приходится руководствоваться не внутренними убеждениями, а интересами государства... Политика в смысле попыток привлечения помощи союзников будет продолжаться...". Чувствовалось, что он лично считал бы нужным более независимый, самостоятельный тон в разговорах с союзниками. Но... он поддается доводам советников. То же в вопросе с Семеновым. "Разве я держал бы себя так во всей этой истории с Семеновым?"...