Читаем Белый огонь полностью

– Я просто хотел увидеть это место в последний раз, всего один раз, прежде чем там все превратится в руины. И… в частности, там есть старый семейный альбом, я, помнится, листал его мальчишкой, а позже засунул куда-то в шкаф. Я бы хотел его забрать, если вы не возражаете. У меня ничего, ничего не осталось в память о моей семье. Мы все оставили здесь, когда уехали в Америку.

Мисс Пембрук слушала эту трагическую историю, и ее сердце наполнялось состраданием. Выждав несколько секунд, она откашлялась. Одно дело – сочувствие, и совсем другое – долг.

– Как я уже сказала, мне очень жаль, – проговорила она. – Но по всем тем причинам, которые я вам назвала, это исключается. И в любом случае все содержимое принадлежит Фонду, даже фотографии, которые могут представлять исторический интерес.

– Но они же там просто гниют! Тридцать лет прошло, а там никто и пальцем не пошевелил! – В голосе Пендергаста послышалась вкрадчивая нотка. – Всего десять минут в доме, а? Или даже пять? Никто об этом и знать не будет, кроме меня и вас.

Этот намек, будто мисс Пембрук может способствовать каким-то закулисным сделкам втайне от Фонда, полностью разрушил чары.

– Совершенно исключено. Я удивлена, что вы предприняли такую попытку.

– И это ваше последнее слово?

Мисс Пембрук коротко кивнула.

– Понятно.

Вид человека совершенно изменился. Несчастное выражение лица, слабая дрожь в голосе исчезли. Он откинулся на спинку стула и посмотрел на мисс Пембрук совсем иначе, чем прежде. В этом новом взгляде вдруг появилось что-то слегка встревожившее ее, что-то такое, что мисс Пембрук не сумела даже определить.

– Для меня это настолько важно, – сказал человек, – что я пойду на все, лишь бы добиться своего.

– Я не очень понимаю, что это значит, но решение мною принято, – сказала она с несокрушимой твердостью.

– Сожалею, но ваше упрямство не оставляет мне иного выбора.

Агент ФБР вытащил из кармана пачку бумаг и показал ее мисс Пембрук.

– Что это? – спросила она.

– У меня здесь информация, которая может заинтересовать вас. – Голос человека тоже изменился. – Насколько я знаю, ваша семья прежде жила в Чиддингем-плейс.

– Вряд ли это может представлять для вас интерес, но моя семья до сих пор живет там.

– Да, на четвертом этаже. Этот материал, который, как мне кажется, вы сочтете крайне интересным, касается вашего дедушки. – Пендергаст изящным движением положил бумаги на стол. – Здесь у меня информация, неопровержимая информация, согласно которой в последние месяцы перед банкротством бизнеса вашего деда он в отчаянной попытке сохранить компанию взял заем, заложив акции его акционеров. Это было не только серьезное финансовое мошенничество, но еще и обман банка – он ведь заявил, что залог принадлежит ему. – Пендергаст помолчал. – В результате его преступных действий многие из акционеров пошли по миру, а среди них были вдовы и пенсионеры, впоследствии умершие в унизительной бедности. Боюсь, что знакомство с этой историей не доставит вам удовольствия.

Он сделал паузу.

– Я уверен, мисс Пембрук, вы не пожелаете, чтобы доброе имя вашего дедушки – а значит, и всего семейства Пембрук – было замарано. – Он улыбнулся, демонстрируя свои прекрасные зубы. – Так не в ваших ли интересах дать мне временный доступ в Ковингтон-грейндж? Это ведь такая мелочь. Я думаю, мы сможем решить этот вопрос к взаимному удовольствию.

Именно его последняя, холодная улыбка, эти мелкие, ровные, идеальные зубы решили дело. Мисс Дороти Пембрук окаменела. Потом медленно поднялась со своего стула. Так же медленно подняла бумаги, которые этот человек положил на стол. И с отвращением бросила пачку бумаг к его ногам.

– Вы имеете наглость приходить ко мне в кабинет и пытаться шантажировать меня? – Ее голос, как ни удивительно, оставался совершенно спокойным. – Никогда в жизни я не сталкивалась с таким гнусным поведением. Вы, сэр, не более чем мошенник. Не удивлюсь, если история, которую вы мне рассказали, окажется такой же поддельной, как и ваш значок.

– Поддельная или нет, информация, которая у меня есть на вашего деда, неопровержима. Дайте мне то, что я прошу, или я передам эти сведения в полицию. Подумайте о вашей семье.

– У меня обязанности перед моим работодателем и истиной. Не больше и не меньше. Если вы хотите уничтожить доброе имя моей семьи, если хотите вывалять нас в грязи, если вы хотите лишить нас той малой финансовой безопасности, что мы имеем, – пусть так и будет. Я это переживу. А потому я говорю вам, мистер Пендергаст… – Она вытянула руку, указуя недрогнувшим перстом на дверь, и произнесла твердым голосом: – Немедленно покиньте этот дом, или я прикажу вышвырнуть вас силой. Всего доброго.