Читаем Белый клык полностью

Белый клык

Then there came a time when the grey cub no longer saw his father appearing and disappearing in the wall nor lying down asleep in the entrance.	Потом наступило время, когда Одноглазый перестал появляться сквозь стену и исчезать за ней; место, где он спал у входа в пещеру, опустело.
This had happened at the end of a second and less severe famine.	Это случилось в конце второй, менее свирепой голодовки.
The she-wolf knew why One Eye never came back, but there was no way by which she could tell what she had seen to the grey cub.	Волчица знала, почему Одноглазый не вернулся в логовище, но не могла рассказать серому волчонку о том, что ей пришлось увидеть.
Hunting herself for meat, up the left fork of the stream where lived the lynx, she had followed a day-old trail of One Eye.	Отправившись за добычей вверх по левому рукаву ручья, туда, где жила рысь, она напала на вчерашний след Одноглазого.
And she had found him, or what remained of him, at the end of the trail.	И там, где следы кончились, она нашла его самого -- вернее, то, что от него осталось.
There were many signs of the battle that had been fought, and of the lynx's withdrawal to her lair after having won the victory.	Все кругом говорило о недавней схватке и о том, что, выиграв эту схватку, рысь ушла к себе в нору.
Before she went away, the she-wolf had found this lair, but the signs told her that the lynx was inside, and she had not dared to venture in.	Волчица отыскала эту нору, но, судя по многим признакам, рысь была там, и волчица не решилась войти к ней.
After that, the she-wolf in her hunting avoided the left fork.	После этого волчица перестала охотиться на левом рукаве ручья.
For she knew that in the lynx's lair was a litter of kittens, and she knew the lynx for a fierce, bad-tempered creature and a terrible fighter.	Она знала, что у рыси в норе есть детеныши и что сама рысь славится своей злобой и неустрашимостью в драках.
It was all very well for half a dozen wolves to drive a lynx, spitting and bristling, up a tree; but it was quite a different matter for a lone wolf to encounter a lynx-especially when the lynx was known to have a litter of hungry kittens at her back.	Трем-четырем волкам ничего не стоит загнать на дерево фыркающую, ощетинившуюся рысь; однако совсем иное дело встретиться с ней с глазу на глаз, особенно когда знаешь, что за спиной у нее голодный выводок.
But the Wild is the Wild, and motherhood is motherhood, at all times fiercely protective whether in the Wild or out of it; and the time was to come when the she-wolf, for her grey cub's sake, would venture the left fork, and the lair in the rocks, and the lynx's wrath.	Но Северная глушь есть Северная глушь, и материнство есть материнство, -- оно не останавливается ни перед чем как в Северной глуши, так и вне ее; и неминуемо должен был настать день, когда ради своего серого детеныша волчица отважится пойти по левому рукаву к норе в скалах, навстречу разъяренной рыси.
CHAPTER IV-THE WALL OF THE WORLD	ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. СТЕНА МИРА
By the time his mother began leaving the cave on hunting expeditions, the cub had learned well the law that forbade his approaching the entrance.	К тому времени, когда мать стала оставлять пещеру и уходить на охоту, волчонок уже постиг закон, согласно которому ему запрещалось приближаться к выходу из логовища.
Not only had this law been forcibly and many times impressed on him by his mother's nose and paw, but in him the instinct of fear was developing.	Закон этот много раз внушала ему мать, толкая его то носом, то лапой, да и в нем самом начинал развиваться инстинкт страха.