Отношение местных чиновников к исследователям было, в общем, довольно доброжелательным – об этом можно судить исходя из предложенной им поездки в Наукан. Но с другой стороны, они так и не сумели принять окончательного решения, не получив на него зеленый свет из Москвы.

В своем описании Галкин допускает одну ошибку. Сопровождавший Кнуда Расмуссена оператор не был по происхождению гренландцем. Это был Рэй (позже известный как Рэй Мала), чья мать была из племени инупиатов, а род отца, с одной стороны, имел русско-еврейские корни, а с другой был из племени сибирских юпиков. Поэтому неудивительно, что он мог свободно общаться с эскимосами Восточного Мыса [науканскими эскимосами]. Позднее Рэй сыграл главную роль в знаменитой картине Петера Фрейхена «Эскимос» (1932), впоследствии присвоив себе имя героя фильма.

В своих воспоминаниях Кнуд Расмуссен с уважением отзывается о начальнике Чукотки Григории Николаевиче Лосеве. В общем и целом, у него сложилось хорошее впечатление о представителях советского правительства. Он пишет: «Все они отнеслись ко мне с исключительной вежливостью, чего я совершенно не ожидал от людей нового советского типа. После чрезвычайной канадской и американской аморфности увидеть то, как эти люди, представляясь, вежливо кланяются – все это произвело на меня самое благоприятное впечатление. Мне предложили стул, на который я сел, после чего меня тут же угостили русскими сигаретами».

Очень жаль, что у Кнуда Расмуссена и Г. Н. Лосева не было времени на более близкое знакомство, потому что во многих аспектах они были очень похожи друг на друга. Как и Кнуд Расмуссен, Лосев был очарован культурой первобытного населения Арктики и, подобно Расмуссену, хотел, чтобы у коренных народов севера была возможность пользоваться современными достижениями. Лосев разделял мнение Кнуда Расмуссена о том, что коренное население должно быть главным двигателем реформ, и они оба поощряли его представителей к получению высшего образования[12]. Реформы, начатые Григорием Николаевичем Лосевым на Чукотке, напоминали те, которые Кнуд Расмуссен развернул в Туле в Северной Гренландии и в ее окрестностях вблизи своей фактории. Аналогично, Кнуд Расмуссен делал все возможное, чтобы оказать влияние на датскую колониальную администрацию в Гренландии и направить ее действия по схожему руслу.

Мечты о Сибири

Столь краткое пребывание на Чукотке отнюдь не удовлетворяло Кнуда Расмуссена. Он обдумывал идею о совершении более длительной поездки на санях, охватывая всю Сибирь и Русский Север вплоть до самого Скандинавского полуострова. Если бы он смог осуществить эту мечту, то ему удалось бы совершить кругосветное путешествие на собачьих упряжках. Эта мечта никогда его не покидала, и он нередко выражал желание вернуться в Сибирь, чтобы встретиться с местными жителями.

Пятая экспедиция Туле

Сегодня дневники Кнуда Расмуссена из Пятой экспедиции Туле хранятся в Королевской библиотеке Копенгагена и доступны в цифровом формате. Кнуд Расмуссен разделил свои журналы на две категории: отчеты о поездках и этнографические записки. Записи сделаны на датском языке и на различных эскимосских диалектах с транскрипцией самого Кнуда Расмуссена[13].

В ходе экспедиции было собрано:

Этнографических объектов – 3093 шт.

Археологических объектов – 11 093 шт.

Зоологических объектов – 1600 шт.

Ископаемых и минералов – 1900 шт.

Сушеных растений – 1600 шт.

Останков скелетов – 29 шт.

Все эти объекты Кнуд Расмуссен передал в различные музеи Копенгагена, где они по сей день хранятся, за исключением человеческих скелетов, которые пришлось вернуть.

Кнуд Расмуссен и Россия

Но не только Пятая экспедиция Туле связывает Кнуда Расмуссена с Россией. Во время своего путешествия в шведскую Лапландию в 1906 году Кнуд Расмуссен посетил Финляндию, находившуюся в то время в составе Российской империи. Сохранилось несколько записей, сделанных рукой Кнуда Расмуссена во время этой поездки. Клаус Оресков сам неоднократно посещал Кольский полуостров с целью проведения исследований. Как-то раз в 2008 году он отправился с визитом к русским саамам в Мончегорске, где один из их представителей, Андрей Белозеров, поведал ему о том, что его прапрадед Уокейярви был проводником Кнуда Расмуссена по Финляндии. Должно быть, это событие имело место во время путешествия Кнуда в 1906 году. Это семейство из племени екостровских саамов на протяжении долгих лет хранило воспоминания о Кнуде Расмуссене.

От лица Датского национального музея Кнуд Расмуссен передал несколько национальных гренландских костюмов в Этнографический музей Санкт-Петербурга, получив в обмен два убора сибирских шаманов, которые сегодня являются частью коллекции нашего музея.