Читаем Белые росы (СИ) полностью

— Мисс Лассер, Кэтрин, присоединяйтесь к нам, — радостно пригласил Флитвик, готовясь левитировать стул из-за соседнего столика. Профессору было весело, он никак не мог угомонится, поэтому хотел, чтобы как можно больше людей присоединилось к веселью. — Все-же вместе работаем, так давайте скоротаем вечерок!

Катерина спокойно отказалась и вернулась к стойке, не желая разбивать своим присутствием теплую мужскую компанию пьянчуг, а сама начала размышлять над следующей загадкой с тремя неизвестными. Если в кабаке напиваются Кеттлберн, Флитвик и Снейп, кто потащит пьяного Флитвика обратно в замок, учитывая, что Снейп — гад и отмажется, а у Кеттлберна не хватает руки и ноги?

В душе впервые зашевелились нехорошие предчувствия.

Через полчаса зельевар снова оказался у стойки, заказывая кофе и виски. Катя не стала говорить, что кофе здесь лучше не пить, так как оно проедает стенки кружек, а просто налила от души — как себе, насыпая растворимый кофе щедрой ложкой.

Снейп отхлебнул густоватый тёмно-коричневый напиток, слегка кашлянул и предпочел запить кофе алкоголем — то ли пытался перебить вкус, то ли обладал железным желудком.

— А что вы все здесь делаете, как же шикарный ужин при свечах с руководством? — Полюбопытствовала Катерина, протирая стойку от капель пива и влажных пятен.

— Мы сбежали. С вероятностью 99 к 1 директор устроил бы после ужина массовые забавы, фанты, хоровое пение, шарады и иже с ними сомнительные развлечения. Поэтому мы с Сильванусом решили прогуляться до деревни, чтобы выпить в тишине, а с нами пошел и Филиус.

— Звучит ужасно. Ваш директор — садист?

— Иногда у нас тоже возникают такие подозрения.

Профессор осмотрелся, заметил задвинутую за кувшин лакрицу, с недовольным видом вытянул палочку и принялся ее грызть.

— Зачем вы это едите? Это же гадость? — Катерина все-же не могла понять этого странного пристрастия.

— Гадость редкостная, — охотно согласился Снейп. — Я лакрицей перебиваю тягу к сигаретам, — курить бросил после развода, а желание иногда затянуться пару раз осталось. И знаете, после вашего мерзкого кофе курить хочется как-то особенно сильно.

Катерину невольно обуяла гордость за местный кофе — насколько же он должен быть плох, чтобы оставлять такое впечатление. Но говорить об этом она, конечно, не стала, а поддержала другую тему:

— После развода? По вам не скажешь, что вы можете быть примерным семьянином… или вообще каким-нибудь семьянином.

— А вот хамить не надо, я никого за балкон не выбрасывал, и такого не заслужил.

Катя не стала напоминать, что он ее выбросил за окно кабинета ЗОТИ, заставив пережить давние ужасы, и пожалела, что-таки не подложила ему на стул кнопку, но внутренне все-же согласилась, что и в словах зельевара резон был — он ей хоть и мягко не стелил, но и не пакостил.

Снейп наблюдал за течением мыслей на лице собеседницы, после сделал ещё глоток виски и пояснил:

— Я был женат семь лет, помогла должность в Министерстве — найти жену в отделе образования оказалось совсем не сложно, там одиноких дам рассадник. У меня две дочери, обе вполне взрослые. Дайна после развода уехала во Францию, девочки вместе с ней, учатся в Шармбатоне, все счастливы. Им нравится быть подальше от холодной Англии, мне нравится, что три женщины живут отдельно, очень далеко и не едят мне мозг. Можно сказать, идиллия.

Не Катерине было судить о такой "идиллии" — ее семейная жизнь была много хуже, как столкновение с грузовиком, и даже радовало, что она не успела завести в браке детей — тогда было бы ещё больнее.

Снейп достал бумажник и показал небольшой волшебный снимок — на нем были три фигуры на фоне Эйфелевой башни, женщина постарше, высокая и худощавая, с короткой стрижкой, цепким взглядом и упрямой челюстью, а рядом с ней две темноволосые девочки в голубой форме Шармбатона. Обе девочки щеголяли "фирменным" снейповским носом, но, что характерно, были не лишенные очарования.

— Мелисса и Ликорис. Летом приезжают ко мне погостить в Лондон.

— На вас совсем не похожи, слишком милые.

— Это вы ещё их характер не знаете — при встрече сходство становится более явным.

После профессор прихватил кофе и вернулся за стол. Катерина видела издалека, что он пытался споить эту жуткую бурду Флитвику, но тот недаром когда-то был дуэлянтом, — не дался, так ещё и чуть не вылил напиток на пожилого колдуна за соседним столиком, едва не спровоцировав драку. Катя подумала, что ее коллеги — те ещё затейники, но пить она с ними не будет, иначе дело закончится плохо. Скорее всего, для нее.

Около часа она угощала поздних визитёров, мыла посуду, разносила закуски и подливала вина гостям, искоса поглядывая на развеселую толпу в углу. Хорошо, хоть студенты сюда по ночам не ходят, вот бы они посмеялись… до первого урока зелий. Или чар. Или ухода.