Читаем Белые кроссы полностью

Все мое правое плечо было аккуратно перевязано мягкими эластичными бинтами. Однако, свежая глубокая рана от острого гоблинского клинка совершенно не зудела, не драла и даже не чесалась. Туда что, вкололи лошадиную дозу обезболивающего? Или плечо уже отмерло?

Этот здоровяк Леон, должно быть, очень рад, что не зря вчера оплатил мой обед – как-никак, этот лопоухий зеленокожий ушлепок целил лезвием прямо в его сердце…

Не желая вспоминать плохое, я снова обернулась вокруг в поисках двери из этой «ванильной» спальни и тут же замерла на месте.

Я заметила ее… Около туалетного столика с изящным высоким трюмо повернувшись ко мне спиной сидела какая-то блондинка с распущенными роскошными золотисто-карамельными волосами. Я снова глубоко и облегченно вздохнула. Хвала небесам! Я точно в комнате блондинки Стейси, а не этого прилипчивого и скользкого Константина!

Кажется, сейчас девушка совершала свой священный утренний ритуал –старательно красилась, точнее – накладывала пятый слой теней на свой правый глаз. Такого я еще никогда не видела! Так как в зеркале блестели отражения вспышек ярко-неонового цвета, словно… блондинка держала в руке не кисточку от туши, а телефон и делала селфи со скоростью пять штук в секунду. Но почему тогда вспышки были неоновыми? Это что, суперновая версия айфона? Теперь даже так можно, да?

По времени, должно быть, уже наступило утро. Сквозь толстые бежевые шторы проглядывали несмелые солнечные лучи. Класс! Кажется, я проспала сегодня учебу!

Но тут я вспомнила, что я через семь… а теперь уже через шесть дней, я все-равно буду отчислена из Академии с позором. Да, и оплатить свое дальнейшее обучение у меня все равно не было шанса. Вчера Леон с моей помощью выиграл бой, а, значит, я все проиграла…

Тут я услышала тихий, но глубокий и долгий стон блондинки у зеркала. Наверное, она попала тушью в глаз. Затем раздалось тихое всхлипывание, затем еще и чуть громче. Согнутые плечи девушки дрожали от немого плача. Что она все-таки там делает? Брови выщипывает?

Я неслышно встала с кровати и на цыпочках быстро подбежала к несчастной ревущей сзади. На мою удачу, пол был покрыт бежевым толстым ковром, очень нежным и мягким, как полотенце. Он-то и скрыл все мои шаги и шорохи.

Странно, но мое перевязанное плечо даже ни разу не дернуло и не защипало, словно под толстой повязкой уже был вековой шрам, а не свежая глубокая рана. Быть может, мне все приснилось? Вчерашний бой Леона, эти все зеленые подземные гоблины, Сэмми с копытцами и острый клинок в моем плече… Должно быть, на вечеринке я просто дернула слишком много и не из той бутылки… полезла танцевать на стол и, скорее всего, свалилась с него, повредив себе плечо… Ударилась неслабо головой, стала бредить… Вот меня и отвели в первую попавшуюся комнату, которая по чистой случайности оказалась принадлежащей этой самой блондинке Анастейше из страны солнечных пляжей и кенгуру.

Девушка снова негромко всхлипнула.

– Эй, ты чего, Стейси?! – прошептала я, как можно тише, чтобы не напугать беднягу и от испуга та не проткнула себе глаз кисточкой от туши. – Не плачь! Что с тобой?

Но вместо того, чтобы обернуться и ответить на все мои вопросы, блондинка, вдруг, замерла, резко перестав всхлипывать и спросила… голосом, весьма знакомым и приятным, но слишком уж низким:

– Ты почему не в кровати? Тебе нужно лежать!

Я невольно отпрянула на шаг назад и выдавила из себя:

– Стейс, что с голосом? Орала всю ночь в караоке или наклюкалась холодными коктейлями?

Девушка молча и грустно покачала своими золотыми локонами, все еще не оборачиваясь ко мне. Я, как никто другой, знала, что ее ни в коем случае не следует торопить, иначе разразится буря под названием «Не смотри! Я не накрашена!». Поэтому мне пришлось покорно ожидать, пока Стейси сама соизволит «открыть личико», и молча рассматривать широкую спину довольно крупной незнакомки, одетую в банный махровый халат, нежно-бежевого цвета в тон этой богато убранной комнаты. Хотя последнего так и не случилось, потому что едва блондинка убрала руки от своего лица, я быстро уставилась на ее отражение в зеркале. И тут моя упавшая челюсть буквально ударилась о мои колени, а затем и вовсе загремела по полу.

– Что за…? – едва успела выдохнуть я, отпрыгивая еще на два шага назад. – Леон?!

– Ты встала слишком рано. Тебе нужно лежать. – Устало и без эмоций проговорил он.

Я же таращилась на него с открытым ртом, глубоко дыша и не зная, что ответить, как рыба на берегу. Половина лица парня была «накрашена» – свежая и ровная, с идеально-темными ресницами и шелковисто гладкой кожей, вторая же оставалась прежней – шершавой от щетины, изрезанной многочисленными шрамами, с бледными слипшимися ресницами и, самое главное, ядовито-красным глубоким шрамом, проходящим поперек его правой брови и половину щеки. Так вот, значит, в чем кроется секрет его модельной внешности? Хитрый мальчик умело использует профессиональную косметику!