Читаем Belov.indd полностью

Характерный случай, красноречиво говорящий об уровне жизни в СССР, произошел при мне с участием баскетболиста ЦСКА Виктора Петракова, о котором я уже упоминал и с которым у меня связан целый ряд смешных воспоминаний. Однажды в Мадриде во время прогулки по какой-то торговой авеню Витя отстал, застыв перед огромной витриной мясного магазина. В ней во всем своем капиталистическом великолепии демонстрировались десятки образцов колбас, окороков и прочей мясной снеди. «Что случилось, Виктор?» — окликнул я его, вернувшись назад, в то время как мой товарищ смотрел на витрину завороженным взглядом. Фраза, произнесенная им в ответ, достойна внесения в анналы истории. «Обыкновенный фашизм»¹⁹, — медленно и мрачно произнес спортсмен.

К светлому будущему

Чтобы закрыть эту пафосную тему, скажу еще: у меня никогда не было стыда за свою страну. Я встречал на своем пути многих людей, которым я не подал бы руки, я видел в лице советских спортивных функционеров, что означает термин «совок». Я видел, наконец, забитое и подавленное состояние моего народа. Но никогда я не переносил негативного отношения к существующему строю, власти, отдельным ее представителям на всю страну в целом — на ее историю, ее величие. Я никогда не лизал зад представителям высшей номенклатуры, но и не проклинал их при первой появившейся безопасной возможности. Я разделял страну и людей, которые ее возглавляли и представляли.

Политическая обстановка в стране и в мире в 70-е годы по-прежнему мало меня беспокоила. Диссидентство, еврейский вопрос, Солженицын мною остались не замеченными. Тем не менее общее потепление в период «разрядки» чувствовалось. В целом 70-е были очень добрым, спокойным временем. «Поющие гитары» и «Песняры», комедии Гайдая... Даже мода на внешний вид и одежду была как-то мягче, что ли. Длинные волосы, усы, бакенбарды — культура хиппи, при всех ее изъянах, внесла много доброты в мировоззрение людей.

К сожалению, и в то десятилетие случались отдельные всплески жестокости, такие как чудовищный теракт в Мюнхене, войны на Ближнем Востоке, безумие «Красных бригад»²⁰. Их лидеры — Баадер и его боевая подруга, Ульрика Майнхофф, говорили: «Убить полицейского — все равно, что убить свинью». Однако это были бросавшиеся в глаза исключения. Оценить это стало возможно лишь позднее, когда повсеместная жестокость стала нормой.

В совокупности это была добрая, хорошая эпоха. Общая культура поведения людей, их уважительного отношения друг к другу была значительно выше. Люди были добрее и вели себя достойнее, особенно в сравнении с безумными 90-ми в России — уродством, не достойным цивилизованной нации. Когда я в 1992-м приехал в отпуск из Италии, меня первым делом чуть не раздавили на пешеходном переходе. Разворот через двойную сплошную и вовсе стал повсеместным явлением. Времена меняются.

Несмотря на все сложности эпохи, 70-е годы мне все равно вспоминать в целом очень приятно. Они стали порой моего спортивного расцвета, самых ярких и запоминающихся впечатлений в моей жизни.

Я находился на пике славы, признания и популярности, моя жизнь была по-настоящему насыщенной и интересной. Я увидел весь мир, а мир увидел меня. Жил я безбедно. Тяжелый труд профессионального спортсмена не угнетал меня. Когда кто-то из ребят начинал стонать на сборах о своей «тяжкой доле», я сразу говорил: «Не нравится — иди на завод, походи на работу по гудку. Сразу почувствуешь разницу».

При всех объективных трудностях, по сравнению с подавляющей частью граждан СССР, мы жили в другом мире, в другом измерении — поездки, достаток, одежда, мебель, признание и слава. Мои соотечественники в общей массе жили на другом полюсе, и я это прекрасно осознавал. Моток какого-то с...го мохера, привезенный мной из-за границы, они отрывали с руками по спекулятивной цене. Помню, как мать несколько недель ходила вокруг этого мохера кругами, пока решилась попросить у меня один моток.

Возможно, все это — наши привилегии, наш достаток — было действительно нечестно по отношению к людям?.. Меня утешают только два момента. Во-первых, наши «барыши» сегодня выглядят смехотворно на фоне гонораров, за которые сейчас заурядные игроки высшей лиги «Б» неохотно встают с банки, а во-вторых, для меня весь этот антураж никогда не имел самостоятельного значения. Главным для меня было быть профессиональным спортсменом, защищающим честь страны и при этом реализующим собственные амбиции. Все остальное было приложением, и при отсутствии которого я оставался бы в спорте. Честно признаюсь, были и те, для кого вся эта пена и становилась главным.

Глава 9

ЧЕСТНЫЕ КОНТРАБАНДИСТЫ

Профессиональные спортсмены в СССР