Читаем Belov.indd полностью

В то же время феноменально подходящими для того или иного вида спорта — а для баскетбола и подавно — мои физические данные назвать никогда было нельзя. Как-то за одно лето я вытянулся сразу на десять сантиметров, опередив всех своих сверстников, но потом постепенно опять «подровнялся» с остальными. 190 см для баскетболиста — это более чем заурядный рост. Всех своих успехов я добился исключительно за счет напряженной работы на тренировках, высокой игровой техники, а в том, что касается функциональной подготовки, — постоянной работы с отягощениями и развитого благодаря этому незаурядного прыжка с двух ног.

В секции легкой атлетики моим тренером был известный томский спортивный педагог Василий Семенович Удут. Тренировались 2-3 раза в неделю, без жесткой специализации («моими» дисциплинами в основном были бег на 100 и 200 метров, прыжки в длину и высоту). Я выступал за сборную школы по всем популярным видам спорта (а в 1-2-м классах еще и в соревнованиях по шахматам). Помню, лыжные кроссы мы бегали и в тридцатиградусный мороз. Другими параллельными увлечениями стали футбол, где я выступал в качестве вратаря, и только позднее — баскетбол.

Я считаю большой удачей, что спортивные занятия начал не напрямую с баскетбола, а получил в качестве базовой подготовки разностороннюю специализацию, навыки акробата и легкоатлета. Не раз впоследствии я добрым словом вспоминал лыжи, давшие мне выносливость, легкую атлетику, развившую скорость, акробатику, привившую культуру и пластику движений. Уверен, что даже те виды спорта, которые требуют ранней специализации и особо глубокого освоения техники — фигурное катание, хоккей, плавание, — детям поначалу стоит совмещать с другими видами. Если необходимости в ранней специализации нет, такое разнообразие тем более полезно.

Достаточно рано я стал относиться к занятиям спортом очень серьезно. Меня не нужно было уговаривать пораньше лечь спать — я знал, что в 22.00 я должен быть в постели, потому что в 6 утра независимо от погодных условий я должен выйти на пробежку и зарядку. Я старался использовать любые свободные полчаса и провести их в спортзале или на стадионе, готов был тренироваться индивидуально и дополнительно с утра до вечера. И самое главное — я страстно хотел научиться на каждой тренировке чему-то новому, развить свои возможности еще и еще.

Нужно сказать, что общая атмосфера для этого была вполне подходящей. В Советском Союзе был культ здорового тела, развития возможностей человека. Физическая культура и спорт были, по сути, единственным общедоступным вариантом организованного досуга, особенно в сибирской провинции. Впечатляли успехи советских спортсменов на международных аренах — начиная с 1952 года, когда наша олимпийская сборная произвела фурор своим дебютом на Играх в Хельсинки, мы уверенно заняли место в числе ведущих спортивных держав.

Особенно сильны были наши игровики. Футбольная сборная выиграла олимпийский турнир в Мельбурне, уверенно выступала в кубках (впоследствии — чемпионатах) Европы. Баскетболисты доминировали в Старом Свете, тем более что основными соперниками были тогда в основном страны социалистического лагеря, но пока безоговорочно уступали американцам.

Пример наших спортсменов воодушевлял, и я с удовольствием проводил время и на беговых дорожках, и в прыжковом секторе, и на лыжне, и в футбольных воротах. Рад я был и возможности погонять оранжевый мяч, хотя условия для этого — маленький полуподвальный школьный зал, в котором можно было играть только неполными составами, — были неказистыми. Однажды весной 1956-го (я учился в пятом классе) в этом самом школьном зале появился спортивного вида темноволосый человек, который выступил в качестве судьи на школьных соревнованиях. После окончания матча, в котором я принимал участие, он подошел ко мне, назвался Георгием Иосифовичем и предложил заняться баскетболом всерьез.

В качестве баскетболиста я себя никогда не представлял. Футбол и легкая атлетика привлекали меня гораздо больше. Чтобы не обижать нового знакомого, я сказал, что приду к нему в секцию, но честно предупредил, что бросать тренировки по уже полюбившимся видам спорта тоже не собираюсь. Георгия Реша это вполне устроило.

Все это выглядело как еще одна хорошая возможность в свое удовольствие позаниматься спортом.

Глава 3 НАЧАЛО

Первые шаги


Будучи выпускником той же «восьмерки», в которой я учился, и недавно открытого в Томском пединституте факультета физвоспитания, Реш относился к своей работе творчески и инициативно. Начал он, как и положено, с самого начала — с селекции. Реш ходил по школам в поисках талантливых ребят и уговаривал их заниматься баскетболом.

Пришел он и в родную школу помочь судить какие-то соревнования. Там-то, в маленьком полуподвальном школьном зале, при игре три на три, он меня и заприметил.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза