Читаем Bella Mafia полностью

В сопровождении своей «старой гвардии» Лучано отправился на встречу в «мерседесе» давно устаревшей модели. Следом за ним во двор консервного завода в облаке пыли ворвался новенький «феррари», в котором находились всего два человека: Робелло и его телохранитель, здоровенный мрачный детина, оставшийся у машины. Робелло заметил у входа в контору огромную клетку, в которой грыз кость размером с его собственную голову канадский волк. Он на миг поднял на Робелло светлые, словно выцветшие глаза и снова принялся за кость.

Лучано провел гостя через кабинет секретаря к себе.

– Откуда у вас эта тварь, там, у входа? Это сторожевая собака или что такое?

– Волк. Такой же старый, как и я сам. – Лучано предложил Робелло кресло, и тот, опускаясь в него, быстро оглядел роскошные рабочие апартаменты хозяина, стараясь не упустить ни одной мелочи, как он делал по пути сюда через заводские цеха. Старик Лучано оказался прав: Робелло принял твердое решение, согласившись на эту сделку, и не ведал страха – приехал только с одним телохранителем без оружия, да и того оставил во дворе. Теперь молодой человек непринужденно развалился в кресле, забросив ногу на ногу. После того как он своими глазами увидел огромное прибыльное предприятие Лучано, у него не осталось сомнения в том, что он заключил выгодное соглашение.

Лучано сел за рабочий стол. Сквозь стеклянную столешницу Робелло видел его целиком и оценил, что для своего возраста он держится на удивление прямо. Лучано сложил на столе руки, на его пальце сверкал перстень с голубым камнем – символ власти и могущества.

– Лучшая военная стратегия – внезапная атака с нескольких флангов, чтобы враг не мог опомниться и восстановить силы между быстрыми, неожиданными ударами. Ничего нельзя оставлять на волю случая, все должно быть тщательно подготовлено и продумано. Итак, если вы со мной согласны, я хотел бы посвятить вас в свой план. Надеюсь, не стоит говорить отдельно о том, что вы вправе вносить в него изменения, которые сочтете нужными.

Лучано достал из папки документ, но это было не досье, как предполагал Робелло. Лучано вызвал секретаря и приказал закончить с письмами, внимательно отнесясь к его собственным пометкам. Робелло в очередной раз подивился спокойствию и самообладанию человека, который, с одной стороны, готов объявить войну своему смертельному врагу, а с другой – занимается текущими делами, словно их встреча одна из самых обычных.

Лучано вернулся к столу с пустыми руками и обратился к гостю:

– Во время войны я был специалистом по подрывным работам, в особенности по минам. Вам знаком такой род деятельности? – Он улыбнулся и, не дожидаясь ответа, добавил: – Я думаю, те времена, когда киллеры разряжали в свою жертву полные автоматные магазины, отошли в прошлое. Это под стать скорее представителям старой школы, как мы говорим. Вы согласны?

Робелло кивнул.

Лучано взял чистый лист бумаги и продолжил как ни в чем не бывало:

– Прежде всего меня интересуют заводы по переработке сырья. С них мы и начнем. Вы знаете братьев Борсалино?

– Филиппо? – после минутного раздумья отозвался Робелло. – Да, я его знаю. Занимается торговыми автоматами, правильно?

– Его старший брат Жуан стал работать на Кароллу два года назад, – покачав головой, пояснил Лучано. – Теперь они вместе в деле. Они близкие друзья Ленни Каватайо, а за последние девять месяцев их позиции в команде Кароллы укрепились. Они управляют двумя крупнейшими его заводами и могут располагать информацией, которая мне необходима, – я подозреваю, что именно они приготовили смертоносную дозу героина, которая убила моего сына. Таким образом, мне нужен прежде всего Жуан Борсалино. Два дня назад на территорию их завода доставили пиломатериалы для строительства, которые выгрузили неподалеку от лаборатории. Пожар должен начаться с этого места и охватить весь завод, после чего произойдет взрыв в лаборатории.

– Сколько человек работает в лаборатории?

– Восемь, иногда больше. Признаться, меня интересует уничтожение оборудования и сырья, а не людей. Впрочем, если все они погибнут, туда им и дорога. Это будет справедливое возмездие за то, что они готовят героин, несущий смерть тысячам. По вечерам Жуан Борсалино обычно отправляется к любовнице и оставляет на заводе вместо себя брата. Так что второй удар нужно нанести примерно в то же самое время…

Робелло слегка подался вперед, чтобы не пропустить ни слова. Они проговорили около часа без перерыва: их никто не тревожил, не раздался ни один телефонный звонок. Наконец Лучано порвал исписанный лист бумаги на мелкие клочки, бросил их в пепельницу и поджег. Когда от них осталась лишь горстка пепла, Лучано улыбнулся и сказал:

– Вот так, словно и не было ничего.