Лучано с облегчением вздохнул и улыбнулся в ответ:

– Значит, мой мальчик вернулся? Майкл снова с нами… Господи, какое счастье! Поедем скорее, мы должны поговорить с ним.

Глава 7

Лидия сгибалась под тяжестью многочисленных пакетов и сумок. Она с трудом протиснулась в дверь и, шатаясь, направилась в спальню. Здесь она прислонилась к стене и сбросила туфли. Огромный альбом с образцами тканей выпал у нее из рук. Заваленная ящиками и коробками всех возможных размеров, квартира была похожа на свалку.

Она давно нашла себе квартиру, но решила въехать только тогда, когда обставит ее по своему вкусу. Ее ежедневные походы по магазинам напоминали военные операции. Она заранее готовила карту своих маршрутов, ее сумочка была до отказа забита рекламными проспектами магазинов.

Каролла звонил ей каждую неделю, однако не проявлял большого интереса к ее заботам по устройству уютного гнездышка.

– Радость моя, тебе здесь жить, так что поступай как знаешь. И не нужно тратить время разговора на то, чтобы читать мне куски из журнала «Дома и сады», ладно? Как ты там без меня?

– Жду не дождусь тебя.

– Это к лучшему. Соскучилась?

– Я думаю о тебе постоянно.

В комнате Джорджио скопилось столько книг, что по ней стало трудно передвигаться. Как и Лидия, он использовал свой счет в книжной лавке на всю катушку. В первую очередь Джорджио заказал все, что было интересного в наличии, затем начал выписывать книги из-за границы. За короткий срок он собрал огромную библиотеку, ему одинаково по вкусу были Раймонд Чандлер и Пиранделло, литература по анатомии и каталоги ядов. Особенный интерес у него вызывали книги по народной медицине, он мог часами изучать рецепты растительных ядов. Чтобы было удобнее читать, он купил подставки для книг и для головы: эти приспособления помогали ему без труда перелистывать страницы. Временами он очень напоминал гнома, особенно когда его огромная голова кивала в такт переворачиваемым страницам. Телевизор занимал мальчика первые два дня, а потом он уговорил Лидию забрать его к себе в комнату. Джорджио предпочитал свой собственный мир тому, который показывали на экране.

Вскоре в доме появилась новая экономка, и, поскольку Лидия все еще жила с ними, Джорджио был окружен женщинами. Иногда он сам вел себя как вздорная пожилая дама: жаловался на стул или его отсутствие. Запоры занимали основное место в списке тем, которые он обсуждал с окружающими. Джорджио ел не больше воробья и капризничал по поводу еды, как большинство детей в его возрасте, с той лишь разницей, что его отказ от обеда вызывал настоящий переполох у прислуги.

С приближением срока переезда Лидии на новую квартиру ребенок заметно грустнел. Она вносила приятное разнообразие в его скудный мирок, у них находились темы для бесед и шуток. Святые отцы иногда звонили, выполняя свой долг, и интересовались тем, как он себя чувствует, а домашние учителя к нему больше не являлись, – видимо, Каролла забыл о просьбе сына. Джорджио почти смирился с этим, но понимал, что будет скучать без хриплого голоса, раскатистого смеха и запаха духов Лидии. Также ему будет недоставать тех ночей, когда она напивается и стоит в дверях его комнаты, беззлобно подшучивая над ним, или идет в ванную совершенно голая, зная, что он украдкой смотрит на нее. Иногда она задерживается у его двери, делает недовольное лицо, хмурит брови и надувает губы:

– Закрой глаза, негодный мальчишка, а не то я пожалуюсь твоему отцу!

Она специально копирует его манеру говорить, и Джорджио краснеет от смущения.

Багаж перевезли на новую квартиру, и в ее комнате не осталось ничего, кроме пустых коробок и оберточной бумаги. Лидия надела на себя норковое манто, несмотря на то что на улице было тепло, а также все драгоценности, не доверяя компании по грузоперевозкам.

– Ну вот, Джорджио, я и собралась. Мне пора. Я передам Полли от тебя привет, ладно?

Он с трудом повернул голову и обратил к ней свои живые, сияющие глаза.

– До свидания, – ответил он и, перевернув страницу, снова погрузился в чтение.

Она подошла к кровати и склонилась, чтобы поцеловать его. Джорджио дернулся в сторону.

– Я только хотела поцеловать тебя на прощание.

– Поберегите поцелуи для моего папочки… и отдайте, пожалуйста, ключ от входной двери.

Джорджио протянул к ней тощую ручку, и ей захотелось ударить его. Но вместо этого Лидия сунула руку в карман и бросила ключ на кровать. Она внимательно посмотрела на него, склонив голову набок, и сказала:

– Знаешь, мне бы следовало пожалеть тебя, но я не стану. Скажу только, что ты капризный, испорченный маленький мерзавец. Ты не умеешь говорить «спасибо», только – «я хочу».

– Я имею право хотеть, а что ты скажешь в свое оправдание? – отозвался Джорджио, невозмутимо расставляя шахматы на доске.

Лидия не сдержалась и ударила его. Голова Джорджио завалилась на подушку. Он был похож на Шалтай-Болтая, который свалился со стены. Из носа у него текла кровь.

– О господи! – испугалась Лидия. – Джорджио, я не хотела этого… Няня! Няня!