Читаем Bella Mafia полностью

– Спроси лучше у Софии. Я наделала столько ошибок, Роза! Ну почему я не послушала ее с самого начала? Нам надо было сразу обратиться в полицию, как она и хотела. Когда Пирелли приезжал на виллу, мы могли сдать ему Джонни, а мы этого не сделали, Роза. Это я убедила всех его спасти. И я решила, чтобы он на нас работал. И теперь мне некого винить, кроме себя самой. Все, что я делала, я делала ради нас с тобой. Мне хотелось получить наш долг. София права: я не думала о других, вот и наломала дров.

Тереза скривилась от подступавших рыданий и умоляюще раскинула руки, нуждаясь в утешении дочери. Роза крепко обняла маму и стала шептать, что никто ее не обвиняет.

Лука пошевелился на стуле. С трудом приподняв голову, он тихо застонал и вновь погрузился в наркотический сон. Обе женщины услышали его стон.

Роза зашептала:

– Нам надо убить его, мама, за то, что он сделал. Теперь я верю, что у нас получится… Я хочу его убить.

София стояла в дверях кухни. Женщины не слышали, как она подошла, и резко обернулись на голос.

– Правильно, Роза. А сейчас пойдемте в гостиную. Мойра нашла в записной книжке Барзини кое-что интересное.

– Да, мама, я уверена, – говорила Мойра. – Когда я работала в казино, нам приходилось изобретать самые разные коды, чтобы обслуживать столики. Видишь цифры в конце строки? Это наверняка дата… В начале стоит месяц, а между ними – полученная сумма денег… К примеру, эти две страницы без номеров, потому что это месяц… Ладно, листаем назад. Вот, пожалуйста, номер четыре. Четвертый месяц, апрель, последняя цифра – восемь. Итак, восьмого апреля имеем пять миллионов восемьсот шестьдесят две тысячи долларов… Это доходы казино. Откуда еще можно получать столько наличности? И так регулярно?

Тереза покачала головой, листая книжку.

– Не знаю. Может, это какие-то шифрованные записи. Если Барзини был посредником в торговых сделках, то он мог использовать эту книжку для учета. Хочешь взглянуть, София?

София открыла последнюю страницу, где был список имен, и подошла к Грациелле:

– Мама, тебе знакомы эти фамилии?

Грациелла взяла книжку и отставила ее подальше от глаз:

– Надо бы мне очки купить… А! Помните, я говорила, что Марио Домино заходил в кабинет папы и забрал все его бумаги? Ты помнишь, София? С ним были трое. Двое из них есть в этом списке: Э. Лоренци и Дж. Карбони. Эти люди были в папином кабинете…

Раздался жуткий звук – то ли крик человека, то ли вой бешеного пса.

София первая выскочила из гостиной и побежала по коридору к тускло освещенной столовой. Крики перемежались яростным стуком: пытаясь высвободиться, Лука извивался и дергался с такой силой, что тяжелый стул почти отрывался от пола и бился о стол. Голова Луки моталась из стороны в сторону. Казалось, еще немного, и стул опрокинется назад.

Лука был во власти кошмара, а связанные руки и ноги делали этот кошмар еще более реальным. В клокочущее, замутненное таблетками сознание прорывался панический ужас.

София спокойно прошла в кухню, налила большую кастрюлю холодной воды и сказала:

– Плесните на него. У парня истерика.

Холодная вода и в самом деле его успокоила. Он охнул и сел неподвижно, свесив голову и тяжело дыша, как усталая собака. Грудь его высоко вздымалась.

Все одетые в черное, женщины сели за стол лицом к мокрому связанному Луке. Глядя на его жалкую фигуру, они не знали, с чего начать, и в конце концов обернулись к Софии, предоставив ей право действовать первой. Она открыла большой конверт и выложила на стол перед Лукой фотографии своих детей, Константино, Альфредо, Фредерико и дона Роберто Лучано, после чего вернулась на свое место. Фотографии предназначались не Луке, а женщинам, это было напоминанием.

Все молчали, ожидая, что скажет София. И она заговорила:

– Мы должны знать правду. И не важно, сколько это займет времени. Мы будем ждать, пока ты не скажешь нам все, что нужно.

Не видя ее через шарфик, Лука повернул голову – словно для того, чтобы лучше слышать. Это ее голос, это София… Он жалобно простонал ее имя и спросил, зачем она так с ним поступает…

– София не одна. Мы все здесь.

Это сказала Грациелла. Или Тереза? Грудь его опять начала вздыматься, и он завыл, охваченный паникой. Грациелла что-то шепнула Розе. Девушка выскользнула из комнаты и передала в стенное окошко еще одну кастрюлю с ледяной водой. Тереза плеснула ее на Луку. От сильной струи у него запрокинулась голова. Как и в тот раз, завывания стихли.

– Скажи нам, пожалуйста, свое имя. Нам известно, что ты не Джонни Морено. Кто ты?

Лука замер, как будто расслабившись, и судорожно вздохнул.

Мойра взглянула на Софию и прикусила губу, потом прикрыла рот рукой и прошептала:

– А если он нам ничего не скажет? Что мы тогда будем делать?

София смотрела на него с напряженным лицом.

– Ждать, Мойра. Мы будем ждать до тех пор, пока он не скажет нам все, что мы хотим узнать. Может быть, он еще не понял, насколько серьезны наши намерения.