Читаем Bella Mafia полностью

Он знал, что вся семья должна была собраться на вилле «Ривера». В какой-то степени эта мысль его успокаивала: он считал, что у себя на вилле, в окружении сыновей, дон будет в безопасности. Грациелла не сразу согласилась сказать Эммануэлю название ресторана, в который отправились мужчины, хотя она и знала, кто он такой. Эммануэль оказался в трудном положении: с одной стороны, ему нужно было убедить Грациеллу в серьезности положения, с другой – не запугать ее, к тому же он не знал, насколько синьора Лучано осведомлена о делах мужа. Стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее, прокурор сказал только, что дело не терпит отлагательств и что ему крайне необходимо связаться с доном лично.

Наконец он услышал номер телефона ресторана «Сан-Лоренцо». Однако дозвониться не удалось, линия была постоянно занята. Эммануэль в досаде уже пожалел, что взял эту миссию на себя. Подумав, он решил, что самое безопасное – да, пожалуй, и единственное, что ему остается, – это поехать самому и поговорить с доном Лучано лично. К тому времени часы показывали четверть одиннадцатого.

Дон выбрал для ужина с сыновьями и племянником свой любимый ресторан по двум причинам. Во-первых, он являлся его фактическим владельцем и хорошо знал персонал. Во-вторых, на втором этаже ресторана имелся отдельный кабинет, безопасность которого очень легко обеспечить. Основной зал ресторана на ночь закрывался, так что после их прибытия двери должны быть заперты.

Дон Лучано приказал, чтобы в тот вечер их обслуживало ограниченное число людей. Телохранители должны были есть в нижнем зале, а водителям был отдан приказ ни на секунду не покидать машин и вернуться к ресторану в пятнадцать минут первого. Машины семейства Лучано хорошо известны, поэтому их нельзя было оставить на улице возле ресторана.

Мужчины вошли в отдельный кабинет только после того, как телохранители тщательно осмотрели каждый уголок. Когда они расселись вокруг резного дубового стола, на часах было девять.

Эммануэль доставил свою семью в безопасное место. Ему и самому предстоял еще долгий путь. Он направлялся в ресторан «Сан-Лоренцо».

Проехав примерно миль десять, он услышал громкий хлопок: лопнула задняя шина. Машину повело, Эммануэлю с большим трудом удалось затормозить на обочине. Нервы его были напряжены до предела, руки дрожали. Все еще сидя за рулем, он несколько раз повторил вслух: «Это всего лишь лопнула шина, лопнула шина». Но, пытаясь успокоить себя, он почти не сомневался, что в него стреляли.

Эммануэль тяжело дышал, в горле пересохло. С бешено бьющимся сердцем он открыл дверь… и вздохнул с облегчением: у него действительно лопнула шина.

Женщины оживленно обсуждали, кто в чем был одет на своей свадьбе. Грациелла не присоединилась к общей беседе. Она снова и снова прокручивала в голове разговор с Эммануэлем. Что случилось? Зачем ему срочно понадобился дон? Не придя ни к какому заключению, женщина попыталась думать о другом. Она устала, день был долгий, насыщенный, а завтрашний обещал быть еще более напряженным. К семи утра уже должны были прибыть сотрудники фирмы, обслуживающей свадьбы. Грациелла, которая очень серьезно относилась к любой мелочи, собиралась встретить их и проследить, чтобы все было сделано как следует.

Мойра подшучивала над Розой, заявляя, что самый полезный сон – до полуночи и невесте давно полагается лежать в постели. На лестнице пробили часы. Грациелла сверила свои часики и стала собирать со стола кофейные чашки и ставить их на поднос. София вызвалась убрать и предложила Грациелле сесть и расслабиться, но та отказалась от помощи. Придерживая перед свекровью дверь, София тихо заметила:

– Если не ошибаюсь, мама, вы собираетесь нагрянуть без предупреждения к своим внукам и проверить, чем они там без нас занимаются?

Грациелла рассмеялась и, выходя, бросила через плечо, что София прочла ее мысли.

В пятнадцать минут двенадцатого проезжавший мимо грузовик остановился, и водитель предложил Эммануэлю помощь. Вместе они сняли проколотое колесо и осмотрели при свете фонаря запасное. На вид оно казалось почти совсем спущенным.

Грациелла тихо открыла дверь в спальню, где поселили детей. Мальчики лежали на кровати лицом друг к другу, Карло покровительственно положил руку на плечо младшего брата. В большой двуспальной кровати они казались совсем крошечными, невинными младенцами, и при виде этой умиротворенной картины Грациелла не смогла сдержать улыбку.