Читаем Bella Mafia полностью

Палермо по-прежнему оставался для Кароллы предметом особого вожделения, а торговые компании Лучано раздражали его, как спелый, но запретный плод. Каролла хотел бы вкусить от него, однако получил хороший урок. Его раны еще не затянулись, но он знал, что чем быстрее оправится после удара, чем большую долю в своих прибылях предложит американским боссам, тем скорее наступит тот день, когда он доберется до этого плода. И тогда он поглотит его изнутри, как червь: сначала выест сердцевину, а потом доберется до кожуры. И Лучано уже не спасется. В свое время у него будет столько наличных, что любая семья в Палермо захочет иметь с ним дело. А до тех пор придется довольствоваться тем, что есть.

Приезжая в Палермо, Каролла останавливался у Лидии. В последний раз он прочел у нее письмо от отца Анджело, который сообщал об улучшении здоровья Джорджио и благодарил за щедрые дары. Каролла вдруг решил, что монах обманывает его и хочет скрыть смерть Джорджио, чтобы продолжать тянуть из него деньги. Можно подумать, что его сын в состоянии заниматься вместе с другими детьми! Они водят его за нос, и, чтобы прекратить это, следует нанести неожиданный визит в монастырь.

Лука приладил кожаный ремень к спинке кресла на колесах так, чтобы Джорджио мог держать голову в вертикальном положении. Он подхватывал его под подбородок, но не туго, чтобы не причинять боли. Сидя на подушках в своем кабриолете, Джорджио являл собой странное зрелище и был похож на инопланетянина. Он очень быстро уставал и нуждался в отдыхе, но его кожа перестала быть желтой, а на щеках появился румянец, потому что он много времени проводил в саду на свежем воздухе. Лука приколотил к креслу большой зонтик, так что Джорджио всегда сидел в прохладной тени. Он плохо переносил жару, и Лука приспособил к креслу бутылку с водой и шлангом, так чтобы Джорджио мог в любую минуту попить.

Отец Анджело предложил Джорджио заниматься в классе вместе с другими детьми, и под давлением Луки тот согласился. Он опережал на уроках всех, и это придало ему уверенности в себе. Кроме того, Джорджио стал пользоваться невероятным авторитетом среди мальчишек. Его способности и пытливый ум благотворно действовали на остальных, а Лука сиял от гордости, когда его друг задавал брату Луи вопросы, на которые монах не мог найти ответы даже в толстых томах монастырской библиотеки.

Однажды они изучали «Ромео и Джульетту». Джорджио помигал лампочкой на кресле, чтобы привлечь внимание учителя. Ему было трудно поднимать руку.

– Да, Джорджио?

– Скажите, а каков состав того яда, который монах дал Джульетте? Какие ингредиенты позволили ей так убедительно притвориться мертвой? Ведь у нее наверняка должен был прощупываться пульс?

– Это литературное произведение, Джорджио. И в нем допустима определенная доля вымысла.

– Я предполагаю, что это была небольшая доза стрихнина. Сильное отравление стрихнином вызывает резкое понижение кровяного давления и полный коллапс, смерть наступает в течение нескольких минут. Что же касается Ромео…

– Нет, нет, Джорджио! Я уверен, что Ромео принял не стрихнин. Это был травяной настой, изготовленный монахом по старинному рецепту.

– Это мог быть и стрихнин. В те времена его использовали как слабительное и тонизирующее средство. Он очень эффективен и быстро действует. В зависимости от дозировки стимулирует спинной мозг, активизирует двигательные нервы и мускульную деятельность…

– Это очень интересно. Только я не понимаю, какое это имеет отношение к «Ромео и Джульетте».

Класс застыл в напряженном ожидании, дети переводили взгляд с Джорджио на брата Луи, который растерянно чесал в затылке. От еще большего смущения его спас звонок, но ученики не захотели покинуть помещение. Они увлеченно вчитывались в текст, в то время как обычно при звуке звонка их словно ветром сдувало.

Распустив детей, брат Луи сам просмотрел пьесу и взял с собой толстый том Шекспира на ужин тем же вечером. Он положил его на стол и спросил у братии, считают ли они «Ромео и Джульетту» подходящим произведением для изучения в таком нежном возрасте.

Джорджио продолжал излагать свою теорию о ядах мальчикам, которые собрались вокруг его кресла. Они были потрясены, узнав, что Джорджио сам несколько раз принимал стрихнин, небольшая доза которого позволяла ему лучше контролировать конечности во время визитов отца.

Лука стоял за спинкой его кресла и гордо кивал в подтверждение слов друга. Он повез Джорджио через двор в комнату.

– Это правда? Ты действительно принимал стрихнин? – спросил его Лука, когда они остались наедине.

– В стародавние времена яды принимали так, как теперь лекарства, – устало прикрыв глаза, ответил Джорджио.

Кресло тряхнуло, и Джорджио поморщился от боли. Он был еле живой от усталости и хотел поскорее лечь в постель.

– Откуда ты все это знаешь? – спросил Лука.

– Из книг. Из них можно узнать обо всем. Тебе нужно больше читать, Лука. Ты прочел Диккенса, которого я тебе дал?

– Где ты берешь все эти книги?