Читаем Белая Длань полностью

- Ох, Крейн. – отложил в сторону кипу бумаг король, по сути, кидая их к куче аналогичных у подножия каменного трона с резными изображениями соколов. – Право слово, думай головой. – опёрся рукой о подлокотник трона монарх, подкладывая под неё свою голову. Безразличный взгляд ледяных глаз прошёлся по фигуре главы гвардии, заставляя того чувствовать себя крайне неловко, так, будто бы его собирались отчитывать. – Ты и сам прошёл весь этот пусть вместе со мной, так скажи на милость. Кем надо быть, чтобы передать сию крепость в руки постороннего? Неприступную и такую далёкую. Защищённую множеством крепостей и непроходимой для армии тропой. Я бы ещё понял, находясь она на границе, но не в центре региона, чьи лорды были практически полностью выкошены из семейного реестра в ходе нашей кампании. – удручённо покачал головой король, будто бы в очередной раз разочаровавшись в выборе своего нового защитника.

- Простите, сир. Теперь, когда вы об этом сказали всё действительно звучит крайне логично. – поспешил исправить свою оплошность Крейн, правильно истолковав невербальные знаки короля. В конце концов, даже если он был рыцарем, он всё ещё оставался просторцем и в подобном им никогда не было равных.

- Это место может служить только королям или верховным лордам Долины, Крейн. А их пока я властвую уже не будет никогда. В остальном же я не хочу давать возможным сепаратистам и шанса на своё появление. А ведь, как ни странно, но именно здесь наши позиции будут одними из самых зыбких, Крейн. – вслух начал рассуждать монарх, даже забыв то, зачем гвардеец вообще изначально приходил. – Колыбель андальского рода, кою в ходе конфликта мы буквально извели под корень. Печально, что так получилось, пускай и с подачи Бейлиша. Однако, даже так, не имея флота и возможности контролировать Высокую дорогу на ближайшие несколько поколений Долина останется нам верна. Остальное уже будет вопросом внутренней политики. – прикрыл глаза от не самых весёлых дум Эдмунд.

- Тогда я оставлю вас, сир. – поспешил покинуть общество короля рыцарь, дабы заняться дальнейшими организационными вопросами. С наступлением зимы жизнь в Орлином гнезде становилась практически невозможной, и чтобы не дать гвардии начисто замерзнуть приходилось прикладывать множество усилий. На растопку нынче шло всё, что только под руку попадалось, в частности любая доступная деревянная мебель.

- Подожди. – так и не открыв глаза, остановил Крейна Эдмунд. – Ты так и не отчитался мне о настроениях среди гвардии.

- Всё в полном порядке, ваше величество. Как вы того и пожелали любые слухи, что не соответствуют официальной позиции пресекаются на корню, да и их не так много. В остальном же средь ветеранов практически нет тех, кто был бы чем-то недоволен. – кратко отчитался Пармен, застыв у высоких дверей в тронный зал, за которыми дежурил как минимум десяток его подчинённых.

- Хорошо. Теперь можешь быть свободен. – отозвался Гарденер, откидываясь на троне подобно уставшему хозяину богатого, но пустующего особняка.

Согласно официальной версии на обитателей Орлиного гнезда снизошла божественная кара в виде мора за их прегрешения и отступление от канонов андальской веры. Вполне неплохое оправдание, чтобы самому не прослыть душегубом и убийцей детей и женщин. Отношение к яду во все времена было исключительно негативным, пускай и пользовались им повсеместно, а тут такой массовый случай. Рано или поздно слухи, конечно, появятся, но скорее всего затеряются среди остальных злословных историй, коих даже сейчас можно было услышать от тех, кто многое потерял в ходе его правления. В любом случае доказательств его сопричастности, кроме очевидцев не было. Таким образом все концы ушли в воду.

В замок, забитый трупами людей, он вошёл самым первым, не взирая на какую-либо опасность от хищных ядовитых спор. Да и чего ему было боятся, если он был способен контролировать их, пускай и с некоторыми огрехами. Однако, без должного вмешательства крепость ещё многие дни могла оставаться рассадником невидимой погибели, из-за чего и пришлось Гарденеру провести аналог дезинфекции. Для этого он обнажил сросшуюся часть своего тела и планомерно впитал все споры, находящиеся в воздухе.

В итоге за пару часов опасные для жизни частицы либо вылетели обратно наружу в поисках добычи, которую они уже никогда не найдут и погибнут под воздействием холодной температуры Копья Гиганта, либо впитались в его собственное тело, ведомые кровью и магией своего создателя. Отчасти подобный процесс был весьма мерзок и опасен, но для Эдмунда не составило труда нивелировать возможные последствия.