– До завтра, Мальвина.

– До завтра, мальчишки.

И когда я разуваюсь дома и захожу в свою комнату, мне прилетает сообщение.

Разгильдеев Кирилл

Ник – это твой парень?

Я падаю на диван, не переодеваясь. Прикрываю глаза и упираюсь телефоном в переносицу. Почему он задал такой вопрос? Простое любопытство или ревность? Или какое-то чувство собственничества? Наверное, это больше похоже на правду. Он ведет себя так, как будто все вокруг принадлежит ему. Оттого эти заявления, что нужно слушаться и поступать, как он скажет. Наверное, я могу его проверить. Как-то спровоцировать, чтобы снова прощупать границы, вывести на эмоции. Но я почему-то беру телефон и пишу совсем другое.

Кицаева Милана

Нет, мы с ним работаем вместе, я же сказала. Почему ты спрашиваешь?

Разгильдеев Кирилл

Ты так ему на шею кинулась, подумал, что встречаетесь.

Кицаева Милана

Это не совсем ответ на мой вопрос.

Разгильдеев Кирилл

Просто спросил, чего пристала?

Кицаева Милана

Это вообще-то ты мне написал.

Разгильдеев Кирилл

А что, нельзя было?

Кицаева Милана

Почему? Можно. Ты обычно очень суровый, не думала, что тебе что-то обо мне интересно.

Разгильдеев Кирилл

Меньше думай, Разноглазка. Я вообще любопытный.

Кицаева Милана

Хорошо шифруешься, любопытный.

Я откладываю телефон и улыбаюсь, глядя в потолок. И, кажется, мне уже все равно, почему он мне написал. Хорошо, что я ответила честно. Так я чувствую себя более уверенной. Как-то даже расслабленно. Потому что все эти продуманные фразы, жесты, поступки так меня утомляют. Как будто я все время скована какой-то сильной судорогой. Телефон снова вибрирует. Смотрю на экран, там сообщение от Кира. Моя улыбка становится шире.

Перекатываюсь на бок и прижимаю смартфон к груди. И мы разговариваем до поздней ночи. Обсуждаем какую-то ерунду, потом уроки, которые делаем одновременно. Мне хочется узнать о нем больше, спросить что-то о его семье, но я сдерживаюсь. Потому что к встречным вопросам я точно не готова. Не говорим мы и о том, как познакомились. По какому-то негласному договору. Но я улыбаюсь так, что у меня начинают болеть скулы. Засыпаю на не расправленном диване в третьем часу, не дописав фразы. А утром открываю глаза, когда телефон в руке будит меня вибрацией.

Разгильдеев Кирилл

Доброе утро. Уснула вчера?

Тру лицо ладонями. Утро впервые и правда доброе.

Все делаю, как обычно. Короткая перебежка до ванны. Быстрая ревизия холодильника. Бутерброд и кофе. Макияж. Сегодня чуть тщательнее, чем обычно. Но все это время Кир мне пишет, и краски вокруг как будто становятся ярче. Мне даже хочется надеть что-то цветное, хотя почти весь мой гардероб – черно-белый. Единственное, что нахожу, – красную футболку. Выуживаю из шкафа свою черную плиссированную юбку с цепями и джинсовую жилетку. Перед зеркалом подворачиваю рукава у футболки, поправляю волосы. Готово. Прислушиваюсь к звукам в коридоре. Отец в ванной, мама на кухне. Устремляюсь на выход. Кеды и кожанку в руки, рюкзак под мышку. Телефон сжимаю до белых костяшек. За прошедшую ночь он как будто стал для меня более важным. И только ли он?

Когда выскакиваю из подъезда, то замираю, как будто налетела на стену. Вот они. Адская четверка. Моя армия. Теперь мы встречаемся и по утрам?

– Привет, Мальвина.

– Здорово, мальчишки, – говорю растерянно, а смотрю только на Кира.

Он кивает мне. По лицу снова ничего нельзя понять. Мне становится неловко. Как себя вести? Будем делать вид, что ничего не было? То есть ничего и не было. Но как-то странно, что мы столько переписывались, а теперь он просто кивает. Наверное, я что-то не то себе нафантазировала. То есть нет. Я же ничего не… Господи, замерла, как дура, глаза стеклянные, кручу в голове какую-то ерунду. Заставляю себя собраться. Выпрямляю спину, внутренне снова запираюсь на все замки. Хлопаю Малого по плечу:

– Готов к контрольной?

– Если Гильдия даст списать, то готов, – ухмыляется он.

– Так варианты же разные.

– Он за двоих решает обычно, если успевает.

– Как благородно, – тяну я. – Ну что, погнали?

– Погнали, киса, – говорит Кир, и все внутри замирает. Черт.

Глава 16