— Это было ужасно, Гарик! Представляешь, меня угораздило выскочить за сутенера. Если меня когда-нибудь спросят, кем был мой муж, я, конечно же, отвечу, что он был бизнесменом, не уточняя, каким именно бизнесом он занимался. Я жила со своим сутенером всего два дня, а хлебнула дерьма на долгие годы. Мне никогда не нравились торговцы живым товаром и уж тем более не хотелось связать с кем-нибудь из них свою жизнь…

Я села к Гарику на колени и обняла его за шею. Гарик тяжело задышал и уткнулся мне в грудь. Затем он подхватил меня, словно пушинку, и отнес на просторную кровать в спальне…

На следующий день Гарик перебрался ко мне. Жить с крышевым базара оказалось куда приятнее, чем с директором фирмы досуга. Мой новый муж уезжал рано утром, а приезжал далеко за полночь. Квартира моя быстро приобрела прежний вид. Уборка, готовка не доставляли никаких проблем. В ванной появилась «малютка от Порше» — классная стиральная машина для малогабаритных квартир, в кладовке — моющий пылесос «Bissell», в кухне — первоклассная бытовая техника, а в комнате — приятные мелочи от «Sony»: видеодвойка, музыкальный комбайн и простая ерунда. Холодильник ломился от вкусных продуктов, а шкаф — от новых шмоток. В ушах моих появились новенькие сережки, а на руках засверкали бриллиантовые кольца. Плечи украсила новенькая норковая шубка, приятным дополнением к которой стали сапожки из дорогой крокодиловой кожи. Не было только одного — сиреневого форда «Ранчеро» семьдесят пятого года выпуска, с белоснежным кожаным салоном и литыми дисками.

Гарик говорил, что нужно немного подождать, что он пока не готов к покупке столь изысканной машины. И все-таки чудо произошло.

Однажды я сидела на кухне и пила чай. Внезапно за окном кто-то громко просигналил. Я посмотрела вниз и не поверила своим глазам: у подъезда стоял сиреневый форд «Ранчеро» семьдесят пятого года выпуска! Совсем как в сказке! Кубарем скатившись по лестнице, я стала бегать вокруг машины как сумасшедшая, оглашая двор радостными криками. Глядя на мои дурачества, Гарик от души смеялся, ударяя себя ладонями по коленям и вытирая слезы, катившиеся по щекам. Я села за руль, с восхищением погладила белоснежные кожаные сиденья, включила мотор и на бешеной скорости помчалась вперед. Ветер, влетавший в открытые окна, теребил мои волосы, переполняя меня ощущением счастья.

— Ты куда так гонишь? — возмутился Гарик.

— Страшно?! — засмеялась я и до отказа нажала на газ. «Форд» взревел и как зверь понесся по разделительной полосе. Гарик попытался привести меня в чувство, но я, ничего не видя вокруг, все давила и давила на газ…

Глава 18

Наверное, я бы и до сих пор жила с Гариком, если бы не мой неуемный характер. Я задыхалась в двухкомнатной хрущевке на окраине города. Целыми днями я сидела одна и ничем не занималась. Два раза в неделю я посещала косметический салон, изредка плавала в бассейне, но моя деятельная натура требовала большего. В минуты душевной тоски я все чаще и чаще прикладывалась к джину, который действовал на меня как наркотик. Сделав глоточек-другой, я закрывала глаза и видела нас с Маринкой, несущих огромные, неподъемные баулы… Наверное, в той жизни была своя прелесть. Прелесть зарабатывания денег и прелесть настоящей женской дружбы…

Прожив с Гариком несколько месяцев, я узнала всю подноготную рынка. Мне были известны все магазины, торговавшие самокатной водкой, поддельным майонезом и стиральным порошком. Я стала отлично разбираться в теневых расценках и могла не хуже Гарика просчитать, какой «налог с прибыли» должен оплатить тот или иной продавец. В те дни, когда на базар приезжал ОМОН, или «Маски-шоу», как называл их Гарик, мой муж отсиживался дома, ожидая окончания так называемой «ревизии». По правде говоря, вскоре он начал меня раздражать… Хотелось встретить мужчину, интересы которого были бы немножечко шире, чем у этого славного, но все же немного туповатого сибиряка.

В один из обычных дней, ближе к вечеру, в коридоре раздался настойчивый звонок. Даже не посмотрев в глазок, я открыла дверь. На пороге стоял мой законный муж Сашка и смотрел на меня, как побитый пес. Ни слова не говоря, я сделала шаг назад, жестом приглашая его войти. Сашка снял свои супермодные ботинки и, понуро опустив плечи, прошел в комнату. Усевшись на диван, он тяжело вздохнул и, глядя куда-то в сторону, спросил:

— Ты когда собираешься возвращаться, Лариска?

— Куда? — опешила я.

— Домой, — сказал Сашка. — Мы ведь с тобой женаты, а живем врозь. Не по-человечески получается… Я к тебе привык, Лорочка… Без тебя мне как-то пусто, неуютно…

— Неужели? — усмехнулась я. — По-моему, с твоей работой просто некогда ощущать пустоту!

Сашка заерзал на месте, зачем-то достал из кармана сложенный вчетверо платок, повертел его в руках и задал следующий вопрос:

— Там во дворе стоит сиреневый форд «Ранчеро» семьдесят пятого года выпуска с кожаным салоном и литыми дисками. Это твой автомобиль?

— Мой, — с гордостью ответила я.