Читаем БАТАЛАЗ полностью

Система видео наблюдения проверила на безопасность входившего в личный кабинет и одновременно рубку к императору. И это не то, что император кому-то не доверял, нет. Просто изначально корабль был построен по первому уровню безопасности, и капитанский кабинет рубка, куда были выведены все системы управления кораблем, входил в охраняемые объекты первой важности. Система безопасности отработала проверку входившего, и дверь легко уплыла в сторону, впуская советника внутрь. Момент, и сервомоторы бесшумно вернули дверь в прежнее положение.

– Ваше императорское величество я…

– Входи-входи Сикоко, – Кульпаток прервал приветствие советника, и не отрываясь от созерцания космоса через иллюминатор продолжал. – Посмотри вот, навигаторы дали картинку.

– Впечатляет. Какая дивная красота, – сказал советник, становясь рядом с императором напротив иллюминатора. – Красота, притягивающая взгляд. Что-то в этом есть. Есть, несомненно. Одним словом, сказать – Космос.

– Емкое слово, я согласен.

Советник промолчал, а Дракон император продолжал, сделав паузу.

– Красота, её можно отыскать во всем, даже в самом безобразном её проявлении. Но Космос это, – Кульпаток сделал паузу, подбирая слова. – Что-то большее. Не красотой одной, что видит глаз, он красив. Тут так, если нас тянет на это смотреть, значит, нас эта красота поглощает. Мы сами в Космосе, вокруг Космос, и все вокруг красиво. Да, красиво ты заметил правильно, это верно, здесь не поспоришь. И мы часть этой красоты. Мы из неё на неё же и любуемся. Как в зеркало.

Советник промолчал и подумал « как в зеркало из зазеркалья». Он был старым умудренным опытом прожитых лет драконом, и свои чувства и переживания старался не демонстрировать. А император продолжал вдохновенно.

– Хотя можно предположить, что мы просто видим планету, которую считаем своей. И хотим видеть её самой лучшей и прекрасной. На вроде того, что мое, то самое лучшее. Ведь может такое быть? – и сам себе ответил. – Может.

Сикоко просто покачал головой соглашаясь.

– Я видел много планет за свою короткую жизнь, – император рассказывал и гладил лапой мех на королевском переднике. – И на многих планетах был гостем, был и охотником, а смотрю вот на эту, похожую на разрисованный мяч планету и не могу объяснить свои чувства. Хотя думаю что я не сентиментальный, или хочу думать? Я не знаю. На других планетах я не испытывал ни чего похожего на волнение или переживания, а на этой… я был вывезен яйцом и ни чего не помню. А чувства свои, ну не могу объяснить, что-то в ней есть такое что не оставляет тебя равнодушным, ты меня понимаешь?

– Да мой мальчик, конечно. Это зов предков и альма-матер. А ностальгия вообще необъяснимое чувство. И если тебя тянет на планету, на твою генетическую родину, то это ТЕРРА тебя зовет. – Сикоко замолчал, но через мгновение добавил.– Это тебя сама планета зовет. У вас с ней связь. Я так думаю.

– Вот скажи Сикоко, не как советник или мой наставник, просто ответь мне, что ты лично думаешь о Пророчестве Драконов? – Оживился император.

– Все что-то думают мой император, а я? Я постараюсь тебе ответить. Ты ведь хочешь знать моё мнение, а не общую версию. Так? – император кивнул головой.– Банальность тебя не интересует. – Сделал паузу. – Я был охотником, и не плохим, я был воспитанником у твоего старшего брата, я видел не мало, знаю достаточно. Меня ценил твой отец за знания и за ум. Только этого мало. Я не знаю ни чего о Пророчестве больше остальных. Есть мое личное мнение, но однозначного ответа у меня нет. Я могу склоняться к разным версиям, а их много. Я допускаю, что есть Машина Времени, но я её не встречал, я не встречал даже народа у кого она есть вообще. Я допускаю, что кто-то из Драко в прошлом встречал Создателя, но это о-очень маловероятно.– Сикоко нараспев протянул слово очень, как будто подчеркнул всю абсурдность сказанного. – Пророк в древности сочинил легенду, а она воплотилась в жизнь. Я думаю, что легенде о Пророчестве тысячи лет ни кто не знает её первоначальной версии, её уже не существует. Идет производная от оригинала и каждый последующий пророк или сказитель мог добавить в неё что-то свое. К нам она дошла вот такая, как сейчас. Драко пересказывали её, записывали и переписывали, затем перечитывали. Наконец думали о ней, и своими мыслями притянули её к реальности. Мы сами её материализовали, наши мысли родили её в глубине космоса и притянули к себе, и теперь это наша жизнь. Жизнь и Легенда теперь всегда вместе, они не разделимые между собой. И мы живем по ней, ради неё и для неё, это судьба. Как не парадоксально это звучит, но мысли материальны. – Сикоко замолчал, продолжая смотреть в темноту Космоса. Казалось, что ему не нравилось откровение, на которое его подтолкнули. Такое он ни с кем не желал обсуждать, это личные мысли и личное мнение. И не подтвержденные ни чем, а если они не верны, то старый дракон не желал что бы над ним смеялись и не доверяли его мнению. Слишком многое было поставлено на кон игры, игры, где он не хотел проигрывать.